Икона (рассказ о иконе написанной Ангелами)

1.jpeg

Икона
Часть первая
Предыстория

Когда я впервые услышал о том, что в Барнауле явилась икона Божией Матери Казанская, которую написали Ангелы, я, признаться, не поверил. Не может, думаю, быть такого в наше-то время. Икон, написанных Силой Божией, во все времена были считанные единицы во всём мире — и вдруг у нас, на Алтае!
В качестве иллюстрации к этому рассказу я приложил изображение иконы, о которой пишу. Каждый кто внимательно рассмотрит эту икону, и дочитает мой рассказ до конца, тот непременно согласится с тем, что, действительно, ни одна человеческая рука не окажется способной написать подобную икону. Более подробно об этом напишу во второй части рассказа.
.
В «Яндекс» достаточно ввести в поисковик два слова — «Коробейниковская икона» — и выпадет достаточное количество ссылок об этой удивительной иконе.
.
В то время когда я впервые приложился к этой иконе (в 1994 году), у неё был другой вид. На правой щёчке у Божией Матери было достаточно большое, словно выжженное огнём абсолютно чёрное пятно, по форме и размерам почти идеально напоминавшее человеческую ладонь с плотно сложенными пальцами. Икона была под стеклом, и, конечно, никому ни за какие уговоры никто не позволил бы вынуть икону из киота и подойти к ней с красками и кистью. Поток молящихся перед этой иконой был в тот период столь плотным, что перед ней почти круглосуточно читались акафисты и молитвы не только во всех храмах, в которые её приносили, но и в пути.
Это чёрное пятно заросло свежими красками прямо на глазах у сотен верующих, участвовавших в первом пешем крестном ходе из Барнаула в Коробейниково. Если мне не изменяет память, пятно чудесным образом полностью ушло с правой щёчки Божией Матери за пять-шесть дней.
Если бы не Сила Бога, такого не могло бы произойти!
.
Краткая история обретения этой иконы такова. Перед зернохранилищем, устроенным в осквернённом безбожниками храме села Коробейниково (Усть — Пристаньского района), была огромная лужа. В эту лужу безбожники вместе с другими досками бросили и храмовую икону Казанской Божией Матери, чтобы ходить по ней как по тротуару при переходе через лужу. Икона там пролежала долго. В то время пока она лежала в воде левкас (смесь рыбьего клея и мела) отслоился. Когда эту икону принесла домой слепенькая Оля Тёмная и её подружка, то девушки даже не могли понять, зачем они с таким трудом ночью несли её домой: икона была вся в грязи, и на ней не осталось ни малейшего следа от прекрасного лика Божией Матери, первоначально написанного (если мне не изменяет память) монахами на Афоне.
Боясь преследования властей за то что они забрали икону с места её осквернения, девушки выбросили из дровника все имеющиеся там дрова, прислонили предварительно омытую икону к дальней стенке сарая и спешно уложили все поленницы на место. В дровнике икона стояла продолжительное время.
Однажды по промыслу Божию дрова в семью, где жила Олюшка Тёмная, в какой-то год вовремя не подвезли, и последняя поленница начала свой путь в печку. Вот тогда-то и обнаружилось, что за то время, пока икона стояла за поленницами, на прежде голых досках проявились очи Божией Матери и Богомладенца. Также ясно и ярко проявились и синие полосочки нимбов Пресвятой Богородицы и Христа! Слух о чуде моментально пролетел по всей деревне. С этого времени и началось народное почитание этой чудотворной иконы.
Если мне не изменяет память, то плакать икона начала незадолго перед началом Великой Отечественной войны. Тогда же был слышен глас от Неё: «Все согрешили, никто не без греха».
Если кто-либо ранее читал историю об этой иконе в сети, тот может заметить, что здесь я пишу о Коробейниковской иконе Божией Матери не так как пишут о ней в интернете в других источниках. Стоит учесть что то, что я слышал об этой иконе в 1994 году, передавалось верующими из уст в уста, а вот кто делал более поздний материал в сети — мне неизвестно. Возможно, мне что-то могли неточно передать; или что что-то было непреднамеренно искажено авторами контента по ссылкам в современном нам интернете. Для меня же лично достаточно того действия, которое оказала на меня встреча с этой иконой.
Без всякого преувеличения свидетельствую, что именно встреча с Самонаписавшейся Чудотворной иконой «Коробейниковская» сделала меня православным. Происходило это при следующих обстоятельствах.
Часть вторая
Экуменические идеи и мое маловерие

Я ходил регулярно в храм, пел на клиросе, но до конца убеждённым православным я всё же не был, потому как был немало начитан о различных религиях мира и знал, что православных в процентном отношении среди общей массы верующих в Бога, что называется, «кот наплакал».
Я никак не мог смириться с той мыслью, что правы одни только лишь православные, и что все прочие ошибаются.
Помысел утверждал мне что православные, как и многие другие люди верящие каждый в свою веру, попросту «тянут одеяло на себя». Кто-то невидимый внушал мне что Бог не настолько жесток, чтобы не спасать верующих в Него и в других религиях — и т.п. Мои мысли, оправдывавшие экуменизм, усиленно нахваливали мне различные добродетели святых, особо почитаемых в иных религиях.
В моём прошлом мне приходилось общаться с киногруппой, снимавшей фильмы о разных чудесных случаях, происходивших в России и за рубежом. Также около трёх лет я имел возможность получать свежую и даже секретную информацию о различных необычных событиях — из высокопоставленного источника, курировавшего Верховный Совет СССР. Этот человек сейчас академик. Желания открывать его имя читателям у меня нет.
Могу сказать точно (пусть никто из православных на меня не обижается): сильные духовные проявления и чудеса у католиков, буддистов, мусульман и у синтоистов действительно есть. Это факт, с которым бессмысленно спорить. Я собственными глазами видел множество фотодокументов, слайдов и видеоматериалов, с доказывающих реальность этих чудес. Вопрос лишь в том, кто является источником этого всего? Ведь с попущения Божия и бесы могут удивить кого хочешь.
Период моих колебаний между учением древнего Православия и идеями экуменического направления совпал у меня с периодом интенсивного изучения православной догматики. Борьба между этими (несовместимыми) между собой учениями внутри меня достигла наивысшего предела как раз к тому моменту, когда к нам в храм привезли чудотворную Самонаписавшуюся икону Божией Матери Казанскую
(имя Коробейниковской ей было присвоено уже позже описываемых мною событий С.М.)
Я БОЯЛСЯ ошибиться — именно поэтому так сильно переживал я о выборе моего дальнейшего пути в вере. У меня даже голова в те дни сильно разболелась от чрезмерного внутреннего напряжения и от невозможности самостоятельно разрешить все мои немалочисленные в том году недоумения по этому вопросу: «Так кто же всё-таки прав: православные или весь остальной мир?»
Доказательств того, что правы православные и не кто иной, у меня было немало, но до конца изжить из себя экуменическую заразу я не мог. Ум мой был не в силах справиться с этой проблемой самостоятельно. Не мог — и все тут! Разум брал верх над сердцем, и мне было тяжело от внутренней раздвоенности…
.
Когда в наш храм привезли Самонаписавшуюся икону Божией Матери, это было событие из событий. Столько народу я в своем храме не видел никогда. Бывший архиерейский собор был так полон, что в прямом смысле слова — яблоку было негде упасть. Еле-еле я мог пробиться с Часословом в центр храма, где была установлена чудотворная икона. Народ же так сильно придавил меня вплотную к иконе, что я поневоле (неожиданно для себя) оказался перед Ликом Богородицы на расстоянии вытянутой руки.
Когда я взглянул на Лик Пречистой, глубокий и священный трепет пронизал все уголки моего сердца. Понял я тогда всей
грешной своей душой, что в это время Сама Матерь Божия, спустившись с Небес, смотрит в глубину моих мыслей. Наверное, я в тот момент испытал чувство, похожее на то, которое испытал Петр, сказав Иисусу Христу в лодке: «Отойди от меня, Господи, потому что я человек грешный».
В моих руках был Часослов и я закрылся им, не терпя зреть так неожиданно близко открывшееся моему духу Величие Честнейшей Херувим, и начал читать шестопсалмие.
«Господи, что ся умножиша стужающии ми? Мнози восстают на мя, мнози глаголют души моей: несть спасения ему в Бозе его…» — и потом всё для меня куда-то исчезло, растворилось. Мне трудно сейчас сказать, где была моя душа во время чтения этого памятного для меня шестопсалмия… Очнулся я от этого почти полного провала в своей памяти только уже на клиросе, когда псаломщик сказал мне:
— Молодец, хорошо прочитал. Ни одной ошибки не сделал.
Присутствие народа в нашем храме давно уже не оказывало на мою душу волнующего действия. За годы пребывания на клиросном послушании я привык читать при больших скоплениях народа и не испытывал волнения по поводу полного храма; но когда я, будучи притиснутым народом вплотную к Лику Божией Матери, взглянул на Лик Пречистой, в моей душе произошло что-то необъяснимое.
Одно я могу сказать точно, что подобный страх и даже священный ужас, который я почувствовал в тот момент, взглянув на Лик Богоматери, я не испытывал никогда в жизни — ни до, ни после этого случая.
.
Как-то в монастыре я имел неосторожность коротко рассказать одному из монахов об этом священном страхе перед Величием Божией Матери. Так он меня в прелести обвинил.
— Ты не должен был испытывать страха перед Божией Матерью, — сказал мне монах авторитарным тоном. — Это у тебя не от Бога было, а от дьявола. И он начал меня жёстко критиковать. Печально мне было слышать в свой адрес такие слова от человека в рясе и сказать я ничего не смог в свое оправдание. Так вот и приучили меня потом «авторитетные» «в вере» люди молчать о духовном сначала в монастыре, а потом и на приходах.
.
Служба закончилась. Несколько сотен верующих выразили желание молиться перед иконой Божией Матери всю ночь. Отец настоятель, видя искреннее усердие молящихся, благословил чтение непрерывного акафиста перед иконой.
К полуночи храм заметно опустел, но народу всё равно было много. Желающих читать акафист Божией Матери было много.
В храме чувствовалось особое, ясно ощущаемое многими присутствие Божией благодати. Казалось, что даже сам воздух в храме и тот стал каким-то иным. Многие в глубине души ясно осознавали что в эту ночь Сама Пречистая Богородица посетила наш городской приход.
Ко мне подошел один из моих старых товарищей, Валерий Сергеевич. Он в свое время преподавал в техникуме электронику. Человек он был наблюдательный и необыкновенно добрый. За те годы, что я его знал, я ни разу не слышал от него ни одного злого или же раздраженного слова в чей бы то ни было адрес. Мы с Валерием Сергеевичем дружили ещё и потому что электроникой увлекался в те годы и я. Поэтому когда он подошел ко мне и позвал к иконе Божией Матери, тихо сказав на ухо:
— Пойдём, я кое-что тебе покажу. Это интересно, — я без промедления подошел с ним к иконе, стоявшей посреди храма.
Электрическое освещение в храме было хорошим. Оно не выключалось всю ночь. Народу стало не так много, поэтому мы с Валерием Сергеевичем свободно подошли к иконе и могли рассмотреть её вблизи во всех подробностях.
— Смотри, — сказал мне Валерий Сергеевич, — а ты не верил, что эта икона написана Ангелами, а не человеком. Смотри внимательнее сюда!
Валерий Сергеевич указал мне пальцем на узоры, идущие от Ликов Божией Матери и Богомладенца.
— Я ничего особого не вижу, Валерий Сергеевич, — сказал я. — Краски только очень уж необычного цвета, я таких не встречал.
— Да нет, не краски, — тихо сказал мне он. — Ты посмотри сбоку на узоры, идущие от Лика Божией Матери и от Христа. Видишь, что они от Ликов идут лучами, а в других местах они как бы морозными узорами переплетаются между собою.
— Вижу, — сказал я.
— Ты присмотрись повнимательнее, — продолжал говорить мне на ухо негромким голосом Валерий Сергеевич, — эти узоры состоят из двух видов золота.
— Да, вижу это хорошо, — ответил я.
— Так вот, теперь наклони голову на полметра влево и приглядись повнимательнее к узорам. Лак, в котором находятся лепестки светлого и темного золота, прозрачный и толщина этого лака где-то около полутора сантиметров. Видишь?
— Вижу.
— Так вот, эти лепестки светлого и темного золота переплетаются друг с другом внутри прозрачного лака точно так же, как переплетаются между собой листья у деревьев в саду. Ты поводи головой туда и сюда — сам ясно увидишь, что это так. Это говорит о том, что изображение иконы растёт
изнутри. Никакой человеческий гений не может сделать объемного изображения золотых листочков внутри прозрачного лака, не разрушив при этом деревянной основы, на которой находится изображение.
— Да, вижу, — ответил я, глубоко потрясенный этим совершенно неожиданным для меня открытием в эту ночь. — Ведь действительно, золотые листочки темного и светлого золота переплетены между собою в объеме. Они столь тонкие и изящные, что сделать это даже самому гениальному художнику было бы не под силу.
— А ты еще не верил, что икона написана Ангелом, а не человеком. Тебе каяться надо в своем неверии, — сказал мне Валерий Сергеевич.
— Да я и так уже каюсь, — вздохнул я.
Надо ли говорить, что после слов Валерия Сергеевича, имеющего высшее техническое образование и редкого специалиста в области техники и электроники, я смотрел на икону Божией Матери уже без сомнений, зная, что она точно написана Небесными невидимыми кистями Ангелов!
.
А после того, как икону Божией Матери увезли в Коробейниково, по городу стал словно раковая опухоль расползаться слух, будто бы Барнаульские священники за большие деньги секретно наняли в Москве искусного художника, который написал эту икону, а теперь выдают её за якобы Божие чудо, обманывая таким образом простой народ. И собирают теперь на этом обмане по всему краю немалые денежные прибыли…
Часть третья
Исцеление ума

Подошел мой черед читать акафист Божией Матери перед чудной и воистину чудотворной ее иконой. Я читал акафист и вдруг ясно увидел Божию Матерь, идущую от правого клироса прямо над полом храма. В руках Её был красивый широкий омофор, шитый тончайшим золотым переливающимся узором нежно-красного цвета. В этих же тонах было и одеяние Пречистой. Матерь Божия была высокого роста, люди же, находившиеся в храме, были Ей как бы по колено. «Надо же, — сразу подумал я, — мы перед Ней, как цыплята перед Наседкой — такие маленькие…»
Матерь Божия шла по храму, с нежной лаской и заботой покрывая всех своим омофором. Но не всех одинаково. Над кем-то Она просто простирала Свой прекрасный омофор, кому-то возлагала его на голову, а над немногими как бы обводила им по кругу.
Зная из святоотеческих книг, что нельзя доверять видениям святых, сколь бы прекрасными и безупречными они ни казались, я продолжал спокойно читать акафист, никак не выказывая своим видом, что вижу что-то необычное. Судя по всему, кроме меня Матери Божией никто более не видел, потому что все вели себя как обычно. Я продолжал читать, а Матерь Божия шла по храму и я не видел ни одного человека, над которым бы Матерь Божия не простирала своего чудесного, шитого тончайшим полупрозрачным золотом воздушного омофора.
Наконец Божия Матерь, обойдя правый предел храма, приблизилась ко мне. В это время я физически почувствовал, как Ее омофор прикоснулся сначала к моему затылку, а потом к верху головы. С этого мгновения я уже никогда более не испытывал сомнений в истинности православной веры и ко мне перестали приходить мысли о правильности экуменических идей. Некто внутри меня ясно и просто сказал:
«Не смотри, что православно верующих в мире меньше, чем католиков и иноверцев. Не ищи доказательств, что Православная вера — единственно истинная религия в мире. Знай: это так — и всё. Никому ничего не доказывай, ни с кем не вступай в споры. Бог Сам знает, кого приблизить к Себе, а кого нет. Не твоё это дело — пытаться понять своим слабым умом, почему Бог одних приближает к Себе, а других нет. А Матерь Божия для всех вас и есть самая настоящая Мама. Как мать не перестаёт любить своего ребёнка, какие бы тяжкие преступления он ни совершил, так же и Матерь Божия никогда не оставит своих детей без присмотра. Не ищи доказательств. Просто знай, что всё, что я тебе сейчас сказал, правда…»
Надо полагать, что в тот момент я слышал голос моего Ангела-Хранителя. Сомнения в истинности Православной веры внутри меня прекратились с 1994 года. Прошло двадцать четыре года.
Вот как надёжно может защитить душу от кривоверия всего лишь одно краткое прикосновение омофора Божией Матери к голове человека! После того как Божия Матерь коснулась моего грешного затылка я Её уже не видел, но просто знал, что Она духом Своим находится в храме.
Ни до, ни после этого случая Матерь Божию я в видениях не видел, да и ни к чему это.
Не видениями раскрывается душа человека, но ТОЛЬКО лишь личным упорным (ежедневным покаянным) молитвенным трудом над своей душой. О том что я видел Матерь Божию я молчал до 2010 года.
Часть четвертая
Слёзы Божией Матери

Спустя два года после этого случая, находясь в одном из монастырей Калужской епархии, я как-то начал рассказывать об иконе Божией Матери Коробейниковская одному из послушников монастыря, с которым мы вместе ехали в грузовом автобусе после окончания работ на монастырском покосе. Несмотря на то, что наш разговор могли слышать все, послушники не проявили интереса к моему рассказу о иконе. Внимательно меня слушали всего лишь двое или трое человек из примерно двенадцати. А кто-то из послушников вообще отпустил в мой адрес насмешливое:
— Давай, заливай. Знаем мы про эти чудеса.
Но один из трудников монастыря, Анатолий, услышав мой рассказ об этой иконе, подсел ближе и буквально впился в меня своими темными глазами. Он с какой-то необъяснимой мне жадностью слушал каждое моё слово. Дорога была длинной, и я успел рассказать ему всю историю спасения этой иконы из рук безбожников и о том, как Оленька Тёмная была потом перевезена полковником-фронтовиком вместе с иконой в Барнаул после смерти её родственников. Также рассказал о благочестивой жизни слепой Оленьки Тёмной и о том как она молилась так, как я слышал эти рассказы от верующих на Алтае.
Возможно, отчасти причиной того, что к нашему разговору мало кто из послушников пожелал присоединился, был еще и сам Анатолий. В прошлом он был преступником. Отсидел в тюрьме немалый срок по малолетству, потом «прихватил» ещё один срок, став совершеннолетним.
Он был хорошим кровельщиком. Только лишь поэтому начальство монастыря его терпело, несмотря на то, что он был подвержен страсти винопития. Его периодически снимали с крыши крепко выпившим. Возможно, по этой причине с ним почти никто из послушников в монастыре близко не общался. Анатолий был «кандидат на скорое выселение». Все прекрасно это понимали. Рано или поздно, его всё равно монастырское начальство будет просто вынуждено удалить из монастыря во избежания соблазна для других. Хорошо понимал это и сам Анатолий.
Лицо его в то время, когда я встречал его, было почти всегда мрачным и даже отталкивающим. Видимо, душа его, по причине его падений, никак не могла найти для себя покоя. Ему было внутренне тяжело.
Человек, находящийся в тяжелой духовной борьбе за свою душу, не обладает способностью привлекать к себе симпатии своих ближних. Печать сильных страданий, лежащая на лице того, кто находится в духовной битве с демонами, нередко производит такое впечатление, будто человек чем-то значительно недоволен, раздражён, печален или даже, может быть, зол.
Когда наш грузовой автобус остановился возле проходной монастыря, я сказал Анатолию:
— Пойдём ко мне в келью, у меня есть несколько фотографий этой иконы. Тебе было интересно то, что я рассказывал о ней. Одну из этих фотографий я хочу подарить тебе.
— Что ты! — сразу же как-то испуганно сказал мне Анатолий. — Если бы ты знал, какой я грешник — мне нельзя дарить никаких икон!
— Ладно, не болтай лишнего, — сказал я. — Пойдём, посмотришь на фотографию, а там видно будет, возьмёшь ты её или нет.
В глубине души я был уверен, что, увидев столь прекрасный образ Божией Матери, он просто не сможет отказаться от него. Но задуманное мною дело неожиданно для меня и для Анатолия приняло необычный оборот.
Когда я достал из своей тумбочки фотографию иконы Божией Матери «Коробейниковская» и дал её в руки Анатолию, он как-то растерялся. По нему было видно, что он даже боится прикоснуться к Ней.
— Садись, — сказал я Анатолию и, придвинув вплотную к тумбочке стул, включил настольную лампу. Анатолий послушно сел. Я сунул ему в руки фотографию и показал на нимб Божией Матери и на кружевные узоры из светлых и темных золотых листочков, обрамляющих фон иконы.

1а.jpg

— Вот те самые листочки, о которых я тебе говорил в машине. Здесь сложно увидеть, что они переплетаются между собой, потому что изображение маленькое, а на самом же деле икона большая, она выше моего роста.
Анатолий потрясенным взором смотрел на Лик Божий Матери. Было видно, что в его душе происходит значительная борьба. С одной стороны, ему, конечно же, хотелось взять у меня этот прекрасный образ Богоматери, а с другой стороны, он, очевидно, опасался, что он не сможет остановиться от той глубины греха, в которой он тогда находился.
Он положил икону на тумбочку.
— Мне нельзя иметь эту икону у себя: я слишком грешный человек. Я недостоин!
— Зачем ты обижаешь меня, — ответил я ему. — Ведь я дарю тебе её с чистым сердцем, а ты отказываешься. У меня ещё несколько точно таких же фотографий есть. — Для убедительности я показал ему другие фотографии.
Анатолий бережно, с простым, невыразимо искренним благоговением взял фотографию иконы Божией Матери Коробейниковская в свои руки и стал внимательно смотреть на Неё. Вдруг я увидел, что из очей Божией Матери прямо по фотографии льются золотые слёзы. Слёзы Божией Матери стекали прямо на руки Анатолия. От неожиданности увиденного я даже оторопел и не знал, что мне сказать на это. Наверняка потрясенный много более моего, Анатолий также смотрел на фотографию широко раскрывшимися от удивления глазами.
Наконец я не выдержал и сказал Анатолию:
— Видишь, как Божия Матерь плачет?
— Вижу, — севшим, почти срывающимся от волнения голосом ответил мне Анатолий.
— Это Она о тебе плачет, — сказал я, продолжая смотреть, как переливающиеся золотыми бликами слёзы Божией Матери обильно текут из очей Пречистой. — Тебе надо исправиться. Ты должен перестать грешить.
Анатолий упал на тумбочку, и громкие его рыдания эхом огласили весь наш послушнический корпус. Так мог рыдать только сильный человек, доведенный демонскими искушениями до крайних пределов его терпения. Я не мог видеть его в таком состоянии.
Анатолий лежал на тумбочке и продолжал громко не то рыдать, не то кричать, будучи не в состоянии удержать своего, с неожиданной силой открывшегося, покаяния. Я вышел из келии, оставив его одного. Есть моменты, когда душа должна быть одна и любые свидетели происходящего бывают лишним.
.
Через полтора месяца Анатолия выгнали из монастыря по неизвестной мне причине. Спустя полгода он приезжал в монастырь, униженно просил монастырское начальство вновь принять его в число трудников, но памятуя его неисправимое пьянство, ему твёрдо отказали. Только спустя год я смог поговорить с ним на территории монастыря, где ему разрешили остаться лишь на три дня паломником.
Это был уже совсем другой человек. Другие речи. Другое лицо. Опрятная, аккуратная одежда. Рассказал он мне, что ему удалось устроиться продавцом в магазин по знакомству. Решились проблемы с жильём. Появились надежды на устроение удачной личной жизни. Пить он полностью прекратил. Регулярные Исповедь и Причастие стали для него одними из самых важных жизненных потребностей. Мне было радостно слышать и видеть перед собою человека теперь уже близкого мне не только по вере, а возможно, даже и по духу.
— А фотография, которую я тебе подарил, у тебя сохранилась?
К моему удивлению, Анатолий тут же вынул из своей сумки вставленную между двумя тонкими стеклами, подаренную мною ему больше года назад фотографию иконы Божией Матери Коробейниковская. Сверху стекла были наклеены искусно сплетённые из медной проволоки витые узоры.
— Вот, — сказал Анатолий, бережно держа в руках икону Божией Матери. — Украсил, как смог. Может быть, не очень красиво, но лучше у меня не получилось.
— Да ничего, — посмотрев внимательно на украшение иконы, сказал я. — Видно, что работа любительская, но смотрится неплохо.
Анатолий с простым бережным благоговением приложился к иконе.
— Я с ней никогда не расстаюсь. Даже в магазин её с собой каждый день на работу беру.
— Можно, и я приложусь? — попросил я.
— Конечно, приложись, — слегка удивленно сказал Анатолий и протянул мне икону.
Не беря из его рук иконы, я благоговейно перекрестился, поклонился низко Божией Матери и, ликуя душой об исправившейся душе грешного Анатолия, прославив внутри себя Бога, с верою приложился к чудотворной иконе Божией Матери Коробейниковская.
Тропарь, глас 4
Яко заря всесветлая солнца правды незаходимаго возсияла икона Твоя, Богородице, шествующи в пределах Алтайских, храм веси Коробейниково озарила еси, тьму безбожия в земли нашей разгоняющи и верныя люди во Православии укрепляющи, ныне же молим Тя, Заступнице усердная, буди нам икона сия защитою от козней вражиих и залогом спасения душ наших.
Величание
Величаем Тя, Пресвятая Дево, Богоизбранная Отроковице, и чтим образ Твой святый, имже точиши исцеления всем, с верою притекающим.
7 сентября 2005 года, по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, празднование в честь чудотворного образа Казанской Коробейниковской иконы Божией Матери внесено в месяцеслов на первое воскресенье июля. В день этого праздника на Алтай приезжают люди из разных уголков России и из других стран.

1б.png

Пресвятая Богородица, спаси нас!

Написать письмо или оказать помощь автору