Саша

33.jpg

Саша
(Рассказ описывает реальные события)

Саша более года жил в нашем поселении тайно потому что в случае его обнаружения ему грозили серьезные неприятности как нарушившему условия контрактного договора в армии. Он был офицером (звание упоминать не буду). Потом, Саша все же урегулировал свой вопрос с властями и официально получил гражданские документы.
Молитвенное правило его состояло из невероятного количества канонов, акафистов и многих дополнительных правил. Я видел, что его духовный подвиг был с излишествами, но ничего поделать с этим не мог. У него был свой взгляд на молитву.
После того, как Саша прожил у нас год, к нему присоединился его одноклассник из Белоруссии, Иван. Иногда, когда мы выходили на совместные работы, Саша от чрезмерного поста бледнел и не мог твердо стоять на ногах. Приходилось насильно принуждать его есть.
В общении Саша был на удивление мягким и интеллигентным человеком. В нём не было властной жёсткости, обычной для военного офицера. Как бывший горожанин, жить в условиях деревни он не умел, поэтому хозяйство его было запущенным.
Огород он сажал крайне нерационально. Я видел, насколько было тяжело Саше в наших условиях, но он три года не сдавался.
Однажды они с Иваном три дня ничего не ели, не работали, но лишь читали молитвы, думая таким образом приготовиться к Причастию. (В девяти километрах от того места, где мы жили, был действующий православный храм). Но выйдя рано утром из дома, до храма они так и не дошли.
Иван, отойдя с полкилометра от дома, сел на землю и перестал (очевидно, от чрезмерного поста и молитвы) обращать внимание на всё окружающее.
Саша прибежал ко мне. Сообразив, в чем дело, я взял два кожаных ремня, и мы пошли к Ивану.
Думали связать его ремнями и силком доставить обратно в дом. Да не тут-то было. Иван уже не сидел на земле как прежде, а стоял и, смотрел на небо, о чем-то негромко говорил. Когда мы подошли, то услышали, как он вслух разговаривает «с Богом», как признается Богу в своей любви.
При нашем приближении он выставил кулаки на боевую изготовку и, ни слова не говоря, двинулся в нашу сторону. Момент был не из приятных: Иван был человек необыкновенной физически силы, в чем мы не раз убеждались во время совместных работ, и потому если бы дело дошло до потасовки — то, скорее всего, победа была бы на его стороне.
Пришлось нам со смирением отступить от него и молиться.
Иван остановился и, кажется, перестал нас видеть, хотя мы были недалеко.
Я опасался, что он уйдет в невменяемом состоянии в лес, и потом мы уже не сможем его найти.
Саша сбегал за Николаем из Магадана, а сам побежал в соседнюю деревню за помощью. Хорошо, что кто-то там догадался дать Саше снотворное. Пока он бегал, мы полдня караулили Ивана, чтобы тот не ушел в лес один.
Потом втроем повалили его на землю и, скрутив руки за спиной кожаными ремнями, доставили домой. Привязали к кровати и напоили снотворным. Утром он пришел в себя. Блажить и видеть в воздухе «Бога» перестал, но плохо помнил, что с ним было.
Посоветовавшись, мы решили отправить Ивана на лечение к психиатру. Нашли деньги, наняли машину и вывезли его в город, после чего Иван больше к нам не возвращался.
Прожив без товарища полтора месяца, Саша, не выдержав одиночества уехал.
Потом он несколько раз возвращался в нашу стихийно образовавшуюся общину, но жить не остался потому что не выносил уединения. Сильно жалел о том, что приходится ему жить в городе, где его томила излишняя суета.

Написать письмо или оказать помощь автору