4 часть Размышления о смерти

15г.jpg

Размышление десятое (моя клиническая смерть)
Чем более я вижу и живу,
Тем более мне хочется молчать,
С бóльшею болью о себе молиться,
Чтобы прощение от Христа принять.
В жестокость сердца, тем более, чужого
Смогу ль я втиснуть спасительное слово?
Мне бы молчать и каяться в слезах
Вникая в смысл дня пережитóго…

Никогда не возникало желания описать свой загробный опыт во всех подробностях. Большая часть того что я увидел там останется нераскрытым.
Это слишком сильные переживания. Знание того что ждёт душу там глубоко меняет душу. Уверен, человеку не нужно знать о том что будет ожидать его за границей жизни чем то что общеизвестно в церкви.
Мало кто на опыте знает что тайны иного мира гораздо-гораздо более ЖЁСТКИЕ чем нам того хотелось бы и потому многие, услышав или узнав о них во всех точных подробностях — скорее всего впадут в почти полное отчаяние от той Строгости Суда — что ожидает там КАЖДОГО из нас.
Полная строгость Суда при жизни в теле открывается лишь тем кто умеет и любит, молиться и каяться, открывается прежде перехода в мир иной, без клинической смерти, без остановки сердца, без выхода души из тела, почти без видений и без путешествия в {тот далёкий и в тоже время столь близкий каждому из нас одновременно} иной мир… который ВНУТРИ каждого из нас.
Нужно лишь уметь правильно видеть иной мир в себе и вокруг себя — уметь видеть как проявляет себя мир Христов.
В идеале,
всякая верующая Христу душа, молящаяся Ему, уже и СЕЙЧАС должно уметь жить в Боге, с Богом, Богом, при Боге — вне этого мира.
Привыкший к опыту жизни со Христом, освоивший опыт духовного сосуществования с Богом, ещё при жизни в теле увидит что границ между мирами нет.
Этих границ не существует для любящих Бога.
Если эти границы были внутри человека прежде, то они исчезнут, после чего человек перестанет разделять мир этот и тот, но он станет жить ещё прежде окончательного перехода в загробный мир — БОЛЕЕ в ином мире, чем в этом мире, потому что тот мир — это Мир Божий, Мир столь Прекрасный и Покойный, что стоит человеку лишь один раз почувствовать и увидеть всё то что ожидает душу там — это будет всё…
Мир земной станет как ничто, а социальные (общечеловеческие так сказать) ценности и интересы не просто притупятся, они исчезнут из сферы интересов той души что очаруется Богом — исчезнут почти совсем и человек станет чуждым этому миру и одновременно близким ему.
Приближение к Богу невозможно без Святого сумасшествия и по другому (минуя Святое сумасшествие) приблизиться к Богу и невозможно.
«Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм – вы. Никто не обольщай самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом, как написано: уловляет мудрых в лукавстве их. И еще: Господь знает умствования мудрецов, что они суетны» (1Кор.3:16-20)
Вот почему я никогда и нигде не открыл и не открою никому всё то что я увидел там и запомнил для себя, в загробном опыте своём — потому что мудрость мира сего не примет этого, но с жестокостью отвергнет, не будучи в силах не противиться той Правде Божией, которая для большинства откроется только лишь там, после их смерти.
Люди сами очень и очень хотят быть слепыми.
Они боятся Света Божиих знаний, этот страх перед приближением к Богу в человеке был всегда и он всегда будет…
Свет Бога без страха вмещают в себя лишь те немногие что ежедневно, в большом долготерпении, ищут покаянием реальной немечтательной близости к Иисусу Христу и когда эта Близость реально состоится (а в молитве и в покаянии, как учил меня мой духовный отец, десять лет это один шаг), тогда человек с ясностью поймет ПОЧЕМУ от большинства людей скрыт как Сам Господь, как Рай, так и ад, почему столь надёжно и неумолимо от большинства сокрыт прекрасный и одновременно страшный своим Величием — духовный мир.
Для тех же кто реально приблизился к Богу, для тех кто Свято сошёл с ума — для них не нужны описания загробного опыта, ненужны описания чудес Божиих, но чудом станут они сами.
Они сами станут чудом — потому что иной мир впустит их к себе.
Молитва их станет иной и сами они станут иными, но в мире этом — они станут изгоями и это НЕИЗБЕЖНО.
Любить одновременно тот и этот мир возможно и НЕВОЗМОЖНО одновременно.
Невозможно — потому что тот кто увидит Красоту иного мира — тот не сможет не возненавидеть мир этот и не сможет не страдать в этом мире.
Этот мир полон боли, лжи и несовершенства.
Этот (дико ограниченный) мир может лишь мучить человека.
Этот мир дан человеку как наказание за его отпадение от Бога.
Этот мир дан человеку как жестокая тюрьма.
Этот мир дан человеку — как благая возможность понять свою немощь без Бога — немощь, едва ли не во всём.
Те кто интересуются опытом клинической смерти, а также и те кто испытал подобный (редкий) опыт {судя по всему} весьма и весьма 😦 😦 СЛАБОЕ имеют представление о том сколь ЖЕСТОКАЯ ЕЖЕСЕКУНДНАЯ духовная война происходит между Богом и дьяволом внутри души
каждого человека, и что эта война идет не за что-то иное, но более всего — именно, за внимание человека и за его смирение…
………………….
До тех пор пока человек не осознает всю важность и главенство добродетели смирения вообще во всём — ему не будет полезным: ни личный загробный опыт, ни чтение о этом опыте.
Человек ОЧЕНЬ И ОЧЕНЬ {просто запредельно} сложен.
Человек
так сложен что даже простую двусловную молитву «Господи помилуй!» человек может годами твердить без внутреннего глубокого Божественного (то есть Богом дарованного) смирения, и такая гордая молитва, пусть даже она будет искренняя и многолетняя, думаю, что почти не принесет человеку никакой пользы!
…………………..
Тщательно поразмыслив и взвесив все «за» и «против», я решил описать свой загробный опыт не в форме последовательного подробного рассказа о том, как и что происходило там со мной, когда душа моя покинула этот мир, но краткими фрагментами в форме семи изменений и десяти признаков.
Если же я стану описывать всё последовательно и подробно получится объемная повесть, пользы от которой не будет ни мне, ни читающим — потому что всё то что ожидает человека там — НЕВОЗМОЖНО открыть для себя вот так вот, мимоходом, сидя в уютном кресле у монитора.
Нет, нет и ещё раз нет.
Тайны иного мира уютно — не раскрываются.
Чтобы они реально раскрылись внутри человека НЕ ЧТЕНИЕ книг об этом нужно, но — нужен УПОРНЫЙ ЕЖЕДНЕВНЫЙ труд, труд и ещё раз труд над самим собой, а не так… прочёл пару статей о загробном опыте, посмотрел десяток другой видео на ютубе и уже ты типа «спец» по иному миру.
На ютубе, кстати,
девять из десяти роликов о загробном опыте — более вредны чем полезны для людей 😦 😦 😦
Исходя ещё и из тех соображений что многое из того что было мной пережито там — итак уже, достаточно подробно описано и у других переживших подобный опыт (путешествие по тоннелю и прочее), я решил ниже описать лишь то что показалось мне наиболее назидательным и интересным, а также и то, что ранее другими не описывалось или же описывалось очень и очень редко.
Итак, с молитвой и покаянием, с помощью Божией и с помощью Ангелов Господних соприсутствующих каждому читающему этот текст, приступим:
Первое ощущение на котором я себя поймал в первые мгновения после перехода в иной мир…, мне показалось будто мне снится сон.
Полет сквозь тоннель в то мрачное и темное место, куда попала моя душа, вылетев из конца этого тоннеля, поразительно походило на яркий отчетливый сон, но потом, как только душа моя поняла что происходящее со мной это совсем никакой не сон, с душой моей
очень быстро произошло множество сильнейших внутренних изменений.
Описать эти изменения для тех кто сам не испытал перехода в мир иной мне будет непросто. Потому что
силу этих изменений сложно будет представить тому кто сам не пережил посмертного опыта.
Первое изменение — изменилось восприятие того, как там течет время.
Это первое изменение глубоко потрясло мою душу в самые же первые мгновения, как только окончился мой полет сквозь длинный с концентрическими кольцами тоннель. Вдруг неожиданно (это чувство было для меня совершенно новым и прежде мне неведомым) я понял, что я нахожусь в том месте, где нет смерти и где время течет совсем по-иному, совсем не так, как оно течет на земле.
Второе изменение — изменилось восприятие пространства.
На земле наше восприятие ограничено тем, что мы видим перед собою. Там, в духовном мире, этого ограничения нет. Находясь на одном месте, душа без труда может видеть одновременно как престол Бога, так все темницы ада и вообще все, невзирая на то, что там все отдалено друг от друга на почти бесконечные расстояния.
Третье изменение — изменились скорость моего мышления и сила чувств.
Там, в духовном мире, душа начинает думать и чувствовать так, как на земле она думать и чувствовать не может. Мысли там несутся как будто с силой необыкновенно мощного торнадо, но при этом душа все успевает воспринимать и анализировать очень ясно и четко. Думает и чувствует там душа, мне думается, тысячекратно быстрее и сильнее, чем она думает и чувствует в то время, пока она живет на земле. Если сравнить глубину чувств, скорость и ясность мышления души там и здесь, то можно со стопроцентной уверенностью утверждать, что то, как мы думаем, чувствуем и анализируем что-то здесь (если сравнить с тем, как эти же самые процессы происходят там), то земное мышление — это не мышление и не чувства, а какой-то мрачный и почти беспросветный тяжелый сон, недостойный называться мышлением или же чувствами. Побывав там и испытав на себе силу тех чувств, которые открываются для души там, возвращаться душе обратно на землю, уверяю вас, КРАЙНЕ не хочется. Земля и все земное после того, как душа побывает там, увидит (и главное почувствует) там всё, начинает казаться местом КРАЙНЕ мрачным, КРАЙНЕ темным, КРАЙНЕ непривлекательным и весьма, ВЕСЬМА отвратительным, тягостным, зловонным, жутким, унылым.
Возникает полное ощущение что после нормальной подвижной активной жизни (там), тебя (на земле), по возвращении, плотно-плотно обкладывают холодными дурно пахнущими облаками, или вернее сказать, камнями… и эти камни везде, они как вне тебя так и внутри тебя.
Четвертое изменение — мгновенно изменилось во мне отношение к моей земной жизни.
Земная жизнь моя показалась мне там настолько короткой, что это невозможно передать никакими словами!!! Вся моя земная жизнь показалась мне там короче, чем один самый короткий вздох на земле. А все те скорби, что я перенес на земле (а они были весьма немалыми по земным понятиям) показались мне там не более, чем укус комара, на который не стоит обращать вообще никакого внимания.
Пятое изменение — земной мир там показался мне как несуществующий.
Там, в духовном мире, (родственники, дела, заботы, проблемы и все прочее земное) удалилось от меня так далеко, что дальше некуда… Ни родственников, ни забот, ни всего того, что тревожило меня когда-то на земле, там просто не стало. Все земное прошлое моё стало там для меня совсем неважным, но важным было ЛИШЬ одно — угождал ли я Богу на земле(?) или же нет(?) — вот то ЕДИНСТВЕННО важное что было (стало) там для меня.
Подобное отношение к смерти возникает не только у меня и не только у тех, кто пережил опыт загробного пребывания. Вот какое весьма и весьма созвучное моей душе стихотворение сочинил один единомысленный мне духовный друг.

Размышление одиннадцатое (во время ВЕЛИКОГО ПОСТА)
Как страшен миг наш пробуждения,
Когда, восставши ото сна,
Увидим мы себя в геенне
Лишенным света Божества.
К чему стремились — всё погибло,
Чего искали — не нашли,
Ах, как же время много было…
Пойди его теперь сыщи
Где нужно плакать — мы смеялись,
Где всё отдать — мы берегли,
О чём лишь думать не пытались —
А о душе вот не смогли…

Март 2007 г.
Шестое изменение — изменилась сила молитвы.
Сила молитвы к Богу и сила ненависти к сатане там, за гробом, увеличиваются (мне думается) более чем тысячекратно.
Седьмое самое главное изменение
Там, и только там, для души открывается во всей своей глубине и простоте то, ради чего должен жить всякий человек на этой земле. В душе исчезают ВСЕ (абсолютно ВСЕ) земные ценности и приоритеты, но остается там, в душе, только лишь одна ЕДИНСТВЕННАЯ ценность и приоритет — это то, КАК душа смогла приблизиться к Богу и чем душа угодила Богу, а в чём она прогневала Его? Вот что становится там САМЫМ важным и ЕДИНСТВЕННО важным…
Первый признак — общение с демонами.
На земле общаться с демонами (хоть осознанно, хоть неосознанно) по факту неполезно. Хитры они и кроме зла ничего принести не могут. Но в духовном мире, там всё уже иначе. Демоны там уже не хотят \да и не могут\ скрыть перед душою своего ужаснейшего обличья — поэтому они там обращаются к человеку в высшей степени агрессивно или, точнее сказать, они не обращают на жалобы человека совершенно никакого внимания.
Вид их в духовном мире невероятно мерзок и ужасен, поведение в высшей степени наглое шумное и агрессивное.
Разговаривать с демонами там — не имеет никакого смысла. Все равно они тебя не услышат (как и многие люди не слышат нас на земле когда мы просим их о чём-либо, и как бы мы не просили) и будут бесы твердить там (как это они делают и на земле) только лишь то, что выгодно и удобно им.
Демоны за гробом воспринимались мною как бездушные громко включенные орущие магнитофоны. Как попугаи они твердили только своё.
Бессмысленно надеяться, что какие-либо жалобы к ним (или же компромиссные предложения от души человека) будут демонами в загробном мире услышаны. Бесы там злы неимоверно и никаких жалоб от человека они там не примут, никогда не примут и даже не задумаются о милосердии.
Второй признак — пребывание в аду.
До сего дня я не в силах без внутреннего содрогания вспоминать об этом… Сила адских мучений настолько велика, что после того как я увидел их, то даже самому великому злодею (даже самому антихристу) я уже не смог бы желать попасть в них.
До того, как я в живую увидел и отчасти почувствовал муки ада, каюсь, было дело, я осуждал весьма и весьма многих людей, но после того, как я увидел ад и побывал в нём сам, с тех пор я уже (даже тенью души) НЕ МОГУ осудить ни одного человека, как бы кто себя не вёл, не могу осудить живущего в этом мире и пожелать попасть ему в ад.
И какое же это великое блаженство, что судить грешников буду не я, а Бог! Потому что отправлять на такие (неизъяснимо ужасные) муки, что я видел и отчасти чувствовал сам, имеет власть только Бог.
Тот, кто поверит моим словам, может не сомневаться: в аду находится гораздо-гораздо больше душ, чем нам того хотелось бы… Каждый человек в той или иной степени достоин ада, но есть заповеди Иисуса Христа: тот, кто старается исполнять их, может миновать вхождения в ад.
Третий признак — видение обителей святых.
Похвалиться долгим временем пребывания в обителях святых не могу, я видел там многое и многое, но издали. Меня даже никто не поднимал туда, а вот в аду побывать пришлось. В обителях святых царит Великий Покой, великое Блаженство в Боге и Богом (с Богом) пытаться описывать которое — дело совершенно безнадёжное. Общение душ святых происходит там на языке Духа. Это как бы переливание благодати от души к душе напрямую, почти без слов, и почти всегда, именно, без слов.
Языкового барьера в обителях святых нет. Там все полно радости о Боге. Бог пребывает внутри душ святых. Он их радость, Он их чувства, Он их покой, Он их общение. Бог для святых всё — даже тот воздух которым они дышат там — это тоже Он.
Описать блаженство и силу покоя святых, я думаю, на языке земли невозможно даже очень-очень приблизительно.
Увидев обители святых хотя бы однажды, потом забыть их красоту совершенно никак это невозможно.
Удивительное дело, но когда я вспоминаю о том, как я видел обители святых, в душе моей разгорается великий огонь любви к Богу и к святым, которые также очень любят нас Любовью Бога.
Четвёртый признак — общение с Ангелами и Богом.
Не стану описывать этого, потому что язык и способ общения с Ангелами и с Богом, тот способ, который там, в духовном мире, является нормой, на языке земли описать…, тут уж 😦 😦 как бы я (или кто другой) не старался, а толку не будет никакого.
Даже попыток, я считаю, делать в этом направлении не стоит….
Я и сам не знаю за какие такие грехи мои(?) вступал я там в общение с Ангелами и с Богом, когда и апостол Павел сказал: «Не видел того глаз, не слышало ухо и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2, 9).
Но, впрочем, если кто желает изучить язык Ангелов и Язык Бога самостоятельно — возможность такого изучения не закрыта Богом
ни для кого.
Молитесь, кайтесь, исполняйте заповеди Иисуса Христа, ищите смирение и в день, в который не будете ожидать, потому что «Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа» (Ин. 3,8), вы сможете услышать голос Бога ВНУТРИ души своей и внутри своего сердца. Сам Бог сделает так что в душе человека не будет сомнений что пришёл внутрь него ни кто-то иной, но Сам Господь. Человек
опытом узнает каким образом Бог умеет {не употребляя слов} говорить душе всё полезное для неё.
Пятый признак — как выглядит душа там и как она перемещается в ином мире.
Душа там выглядит точно также как выглядит и её тело на земле и не также одновременно.
На земле у меня ампутированы пальцы правой руки, но там они были в полном порядке.
Размер души субъективно там кажется значительно меньшим, чем на земле. С месячного младенца, а может и меньше.
Скорость перемещения и скорость движения души, повороты головы, полет и прочее — всё это подчиняется мысли человека и происходит беспримерно быстро. Намного быстрее, чем на земле. Но свобода там не полная, свобода там очень и очень относительная. Куда захочешь — там гулять ни у кого не получится.
Члены тела то есть, то исчезают (это происходит в зависимости от внутреннего состояния). То душа видит сама себе как дух, как светящийся небольшой шарик, как прозрачную почти невидимую, даже и там, сферу, то (неожиданно) вдруг видит члены своего земного тела, руки, ноги и прочее.
В ином мире
всё разграничено волей Бога и силой Его Ангелов.
Я, к примеру, совсем не хотел возвращаться обратно на землю и не собирался делать этого, да и не знал способа как я мог бы это сделать, но моего мнения там никто и не спрашивал.
За руки, за ноги — и какая-то невидимая мне сила мгновенно поместила меня в тот же самый тоннель, откуда я прилетел на начала мытарств, и понесла обратно в мир физический, к оставленному мной на земле телу.
Посторонняя сила, управляющая перемещениями моей души, была велика, могущественна и абсолютно бесцеремонна. Даже мысленно «пикнуть» я иногда там не успевал, и многого ещё чего я не успевал там понять как следует, как меня по скорому перемещали (не спрашивая меня о том хочу я это или же нет) из одного места в другое.
Никакой полной самостоятельности о которой так глупо мечтают некоторые колдуны и оккультисты, в духовном мире, и В ПОМИНЕ НЕТ.
Куда заслужил — вот туда и попадешь…
В ад — ЗНАЧИТ в ад…
Не сможет там никакая душа сопротивляться тому что ей определит Бог. Но прежде окончательного определения Божия там начинаются мытарства, испытание земной жизни, суд, тяжба бесов и святых Ангелов о всём том, что душа делала и какие мысли она принимала внутрь себя при жизни своей на земле. По крайней мере, я почти сразу же как прибыл в иной мир и как только я немного освоился в нём, то сразу же попал на начало мытарств.
Думаю, мытарств не избежит никто.

Шестой признак — помощь при возвращении в тело.
В тело войти обратно я самостоятельно ни за что бы не смог. Кто-то помог. Я даже видел чьи-то сложенные крест на крест ладони (как их складывают в то время когда делают непрямой массаж сердца) я чувствовал их давление. Один к одному они были как у живого человека. Мягкие и теплые. Кто-то вдавил с силой мою душу в моё тело через темя в голове. Кто это был я не знаю.
Седьмой признак — состояние моей души в течение восьми месяцев после опыта смерти — это было что-то!!!
Кроме молитвы и покаяния я ни о чём постороннем думать в те месяцы не мог.
Ходил как пришибленный. Почти ничего не ел. Сильно похудел.
Земной мир словно перестал существовать для меня, но потом состояние (усиленного покаяния) постепенно незаметно ослабло и само собою ушло от меня.
Мир стал снова завлекать меня в свои ласковые сети.
Смерть моя помнится теперь мне уже не так отчетливо и живо как первое время после неё.
Смерть это большое испытание…. особенно посещение ада. Геенский огонь, жар, немыслимый холод, бесчеловечные истязания от бесов — всё это в ином мире есть и это безусловно, даже беспредельно, страшно, но самое страшное в аду не это…
Самое страшное что у души, находящейся в аду не будет благодати молитвы!
Вот что там самое ужасное!
Там душа захочет очень и очень захочет обратиться к Богу, будет знать она там что
только лишь обращение к Богу сможет облегчить ее невыразимые страдания, но она не сможет найти в себе сил для этого обращения… не сможет, потому что НЕ ЗАХОТЕЛА обучить себя молитве во время своей жизни на земле!
В аду душа грешника не сможет подумать и даже, хоть отчасти, почувствовать хоть что-либо хорошее, доброе или же утешительное. Это состояние настолько ужасно, что я даже и сейчас (при живом воспоминании об этом) начинаю заметно переживать…
Впрочем, что(?) для неверующих эти правдивые мои слова? Им плевать на слова очевидца адских мучений.
ЛЮБЫЕ мои слова для любого из неверующих будут — «как с гуся вода».
В лучшем (а может и в худшем) случае, всё то, что я описал выше, для неверующего — это будут как выдумки психически больного человека, и только.
Бог им всем (неверующим во Христа и в Его Евангелие) Судья, но {никак} не я.
Перейти же из неверия к вере человек может лишь тогда когда Бог Сам коснётся души неверующего, но чтобы Бог коснулся, неверующий должен ПРИЗВАТЬ Бога в своих молитвах.
Вот уж получается какой печальный заколдованный круг… 😦 😦 😦 😦
Восьмой признак — забвение опыта смерти.
С годами я убедился в том, что если не будет личного внутреннего труда над самим собою, то память о смерти может уйти из сердца почти бесследно. Понял я, что переживший клиническую смерть и тот кто уже видел там всё, не смотря на то как там всё ужасно (муки) и как там Красиво (Рай), но ЕСЛИ он не станет внутри себя ежедневно в поте лица своего трудиться в подвиге покаяния перед Иисусом Христом (ведь все зависит именно от Него), то, со временем, он просто ЗАБУДЕТ пережитое им и может, с легкостью, вернуться к греховной прежней жизни… что, отчасти, происходило (периодами) и со мной.
Вот уж чего ни себе и ни кому другому никогда не пожелаю (даже самому лютому своему врагу) — забывать о {по возможности непрерывном} покаянии и о Боге!
Девятый признак — почему(?) многие умалчивают о своем опыте смерти — почему 17 лет умалчивал об этом опыте также и я?
Все объясняется просто: я боялся быть осмеянным. Внутренне я предчувствовал, что слушающие мой рассказ о загробном моем опыте будут неготовы изменить себя, будут неготовы изменить свое повседневное отношение к Богу и прочее…
Так уж мы живем. Делаем то, делаем это, пишем то и говорим это, а вот истинную ЦЕНУ ВСЕМУ тому, что человек делает, думает, пишет и говорит здесь на земле, он сможет узнать только лишь там, за гробом…, и лишь для единиц особо близких Богу людей — откроется Суд Божий над ним и над другими уже и здесь.
Десятый признак — преодоление внутри себя духовной смерти много важнее любых знаний об опытах загробной жизни — я считаю, что опыт пребывания в загробном мире не так важен, как опыт преодоления той духовной смерти, которая живет внутри каждого человека, живущего на этой земле. Да, опыт загробной жизни по своему интересен, но вы просто задумайтесь, а почему Бог не открывает вход в загробный мир для всех? Почему нет туда (в иной мир) массовых экскурсий?
Я ведь набрался там смелости и спросил сопровождавшего меня Ангела об этом:
— Почему люди не бывают здесь заранее? Почему не знают о том, что их может здесь ожидать?
Ангел ответил мне:
— Бог правосуден. Тот, кто желает знать тайны духовного мира, пусть просит Бога о вразумлении с терпением и тогда Бог непременно откроет все тайны всем тем, кто молится Иисусу Христу со смирением.
— Но ведь тайны духовного мира раскрываются для человека так медленно… — возразил я Ангелу.
— Ну и что, что медленно? Бог желает наградить знанием от Духа только лишь тех, кто проявляет терпение. А тем, кто нетерпелив, Бог не открывает ничего. Если кто слеп духовно, то в его слепоте виноваты только лишь его духовная лень и чрезмерное увлечение земными делами, а не Бог.

15д.png

Размышление двенадцатое (заключение)
Смотрю внутрь себя и всё яснее, и яснее понимаю что нет для души человека ничего более ценного чем молчаливое, по возможности непрестанное, сердечное устремление к Богу, к своему Создателю, Творцу, Благодетелю, Радости, единственному Источнику всех земных и Небесных благ.
Слова…
Господи, как же я ненавижу их, ненавижу их за их убожество, за их неспособность передать то что по настоящему ценно для человека.
Иногда мне думается что невозможно сказать что-либо (даже и мысленно внутри себя) земными словами и чтобы при этом не согрешить, не исказить то что желаешь передать
.
Кому-то увидится странным такое моё завершение повести «Размышления о смерти». Писатель, и вдруг… на самом ответственном месте, в конце своего труда открыто исповедует ненависть к земному языку, ненависть к земным словам.
Отчего бы так?
А это от того что душа знает что там… и не может смириться с тем что здесь, не может смириться с несовершенством всего чем мы пользуемся здесь на земле как вне, так и внутри себя.
Пожить жизнью Духа там и вернуться на землю — это немалое мучение. Мучение подобное тому как если бы свободного человека (там) обложили тяжкими цепями рабства, ограниченности и несвободы — тут. Ведь как глубоко, как сокровенно, как вездесуще живёт внутри каждого из нас грех.
Увидеть в себе самом грех, понять его скрытую природу — очень и очень нелегко человеку и ещё труднее — избавиться от сокровенного греха внутри себя и получить свободу в Боге!
Грех томит многих.
Каждый почти {так или же иначе}, чувствует на себе ТЯЖЕСТЬ греха, но свободных среди нас — очень и очень мало.
Очень и очень мало по настоящему счастливых среди нас людей, счастливых в Боге и Богом, и это грустно.
Да, мне сейчас тяжело жить здесь.
Тяжело переносить людей с их ХРОНИЧЕСКИМ забвением о Боге.
Что же хотелось бы мне пожелать читающему эту грустную мою повесть?
Хотелось бы молитвенно пожелать найти Бога, найти покаяние.
Прошу посильных молитв о тяжелоболящем Сергии, авторе этого труда.

В РУБРИКУ ПОВЕСТИ

 

Написать письмо или оказать помощь автору