Два зеркала (4 часть)

4м1.jpg

(продолжение второго дня)
— Наиболее сложный враг желающих угодить Богу — гордость их духа.
— Гордость их духа? Что это? — спросил принц.
— Гордые планы пред Богом. Думать о себе что можешь что-либо правильно делать и понимать.
— Но на что же тогда опираться внутри себя, если не считать себя способным к правильным мыслям? — с нескрываемым удивлением спросил Молчаливый принц Ангела.
— Только лишь на скорбь о себе и на молитву. Только на скорбь о себе и на скорбь о своей неспособности к добру.
— Мне кажется, это невозможно!
— Возможно. Вспомни первые заповеди блаженства: «Блаженны нищие духом и блаженны плачущие о себе», — сказал Ангел. — Нищий духом плачущий о душе своей, не станет считать себя способным к чему-либо доброму, в том числе к плачу. Важно помнить человеку что не сам он спасает себя, но его спасает сила которая и разумнее, и старше его… Плачущий истинно и истинно нищий духом не плачет сам о себе, но Дух Божий непрерывно плачет о нём и будет хранить человека от падений — за терпение его и за смирение.
— Совершенный правитель…, не должен ли он непрерывно молчать? — спросил Ангела Молчаливый принц после значительного раздумья.
— Молчание может расположить душу к гордости. Совершенный правитель не говорит ничего от себя и никому не льстит.. Нужные слова, нужное старание, нужное терперние и нужное молчание в него должен непрерывно вкладывать Сам Бог.
— Я хочу на землю, — сказал принц.
— Ты не хочешь видеть своего отца, Небесные селения и Райский Сад? Ты без труда можешь попасть туда, пока ты здесь, — спросил его Ангел.
Принц задумался.
— Отец видит меня, Небесные жители видят мои мысли и молятся за меня. Демоны видят меня и не могут мне препятствовать говорить с тобою. Мысленно, на земле как и здесь, я могу обратиться к любому из Святых и получить помощь. Что изменится в душе моей после того, как я вернусь на землю?
— Ничего не изменится. Всё важное запомнится что было здесь и останется в памяти как сейчас. Ты попадешь из событий, происходящих здесь, в события происходящие на земле и продолжишь проходить проверку на верность Богу в земных испытаниях.
— Я хочу на землю, — решительно повторил принц.
— Твое желание будет исполнено. Сейчас ты уснешь. Проснешься, в своём дворце.
Эпизод двенадцатый
Возвращение во дворец

В действительности все совершенно иначе, чем на самом деле. (А. Сент-Экзюпери)
(На Руси летаргический сон в некоторых селениях считали дьявольским наваждением называя это заболевание сонящница. В дом приглашали священника, который читал молитвы окропляя святой водой больного и стены. Родственники усердно молились. Иногда проснувшиеся уходили в монастырь или в скиты — отмаливать грехи)
Весть о том, что принц Молчаливый вышел из почти годового сна с быстротою молнии облетела Королевство. Элли предусмотрительно усилила охрану у дворца. К помещению, где находилось тело принца, был приставлен усиленный караул из особо верных Династии Королевских гренадеров. К принцу никого не впустили, кроме двух профессоров медицины, сиделки и Элли.
— Как ты себя чувствуешь, брат мой?! Ты что-нибудь помнишь, что происходило с тобою во время сна? — глаза Элли с тревогой смотрели на Мечтова. В её взгляде безошибочно читалась перемена по отношению к нему.
— Ты изменилась за время пока я спал, — сказал ей принц, намеренно не ответив сестре о том, что он помнил. Принц немного помолчал, взглянул на открывшиеся ему чувства сестры и успокоил ее. — Не переживай я не повредился в рассудке, а если и сошел с ума, то не так, как это описывает медицина.
— Может, ты хочешь отдать какие-нибудь распоряжения? — спросила Элли не без тайного умысла проверить умственные способности брата.
— Элли, родная. Ты хочешь услышать, будет ли мое распоряжение разумным? Из моего ответа ты хочешь понять, можно ли мне теперь доверять или же уже нет? — улыбнулся принц.
Элли опустила глаза.
— Не переживай, сестра. В моем сердце нет зла. За время сна я стал другим. Надеюсь, что я не стал хуже чем был. Что говорят медики? Когда я могу встать?
— Недели две тебе лучше не вставать.
— Пригласи священника, мне нужно исповедаться и причаститься.
После того как Молчаливый принц вышел из летаргического сна, никто в Королевстве более не видел его весёлого лица. Имя Молчаливый подходило ему теперь более чем когда-либо. Грустные глаза принца приобрели мистическую силу, о которой заговорили сначала во дворце, а потом и по всему Королевству.
Когда принц останавливал на ком-либо свой задумчивый взгляд, люди чувствовали что их касается невидимая сила. Принц ничего не говорил, кроме необходимого, и в те редкие дни, когда он выходил в общество, находящиеся рядом с ним понимали, что видят человека закрытого для всех. Молчание принца подливало масло в огонь любопытства, но строить предположения было не на чем. К тому же, его стали многие бояться.
Со временем, разговоры о его сне поутихли. Жизнь, казалось, вошла в обычную колею. Прошло четыре года. Приближался день его тридцатилетия, в который он должен был взойти на вершину власти.
Элли была озабочена тем, что Молчаливый принц не проявлял ни малейшего интереса к управлению Королевством. Он был погружен в одни только ему ведомые раздумья. За годы молчания молитва принца, наконец, начала производить в нем те изменения, которые способна произвести в душе человека только
непрестанная покаянная молитва, доступная монахам-безмолвникам.
.
Однажды, Элли, придя в комнату зеркал, движимая безотчетным чувством, открыла дверь, ведущую в спальные покои принца. При свете свечей она увидела, что паутина и пыль на ступенях ясно говорили о том, что принц не заходил комнату зеркал после болезни ни единого раза.
Когда Элли подошла к черному зеркалу, из зеркала на нее смотрело лицо Молчаливого принца.
— Не переживай, сестра моя, — услышала Элли голос брата внутри себя, — не строй догадки и опасения в том, что тебе не дано понять.
Терпение посланных Богом испытаний это и есть секрет совершенной власти во Вселенной.
— Я обеспокоена тем, что ты не посещаешь комнату зеркал и не проявляешь интереса к управлению.
— Элли. Бог ведет меня по своей дороге, тебя — по своей.
— Мне трудно понять тебя, брат, — Элли задумалась. — Какие будут распоряжения ко дню твоего восшествия на престол?
— Распоряжений не будет. Завтра к утру, как тебе будет удобнее, вызови меня в Королевскую канцелярию. Приготовь на мою подпись все необходимые документы. В день моего тридцатилетия я передам всё тебе навсегда.
Лицо ее брата исчезло.
— О какой своей судьбе говорит мой брат? — спросила у чёрного зеркала Элли.
«Тебе неполезно знать об этом», — загорелись белые буквы священного алфавита.
— Почему он перестал приходить сюда? — спросила Элли.
«Он живет во мне, а я в нём. Если захочешь говорить с ним, это всегда можно сделать через меня. Где бы он ни находился, он ответит тебе, потому что он любит тебя и людей».
— Значит, он овладел секретом совершенной власти?
Зеркало ничего не сказало в ответ.
На утро сестра встретила брата улыбкой, но в ней жила неясная для неё печаль.
Молчаливый принц быстро читал приготовленные бумаги, подписывал документы, регулирующие имущественные права членов Королевской семьи.
— Мне жаль, что ты не пожелал стать Королем, — с искренним сожалением сказала Элли, глядя, как быстро работает с бумагами её брат, сидевший за её рабочим столом.
Немного подумав, она предложила:
— Может, передумаешь?
Принц ответил не сразу.
— Ты же знаешь. Меня не любят. Большинство хотят чтобы во главе стояла предсказуемая и предусмотрительная ты. Люди боятся даже моего молчания. Никто не хочет перемен. Я предложил тебе лучший выход. К тому же мне будет не до дел. Я собрался жениться.
Элли с нескрываемым удивлением посмотрела на брата.
— И кто же невеста?!
— Я ещё не встретил её, но, думаю, осталось немного времени, когда я пойду с ней под законный венец.
— Ты меня поражаешь, брат!
— Чем же?
— Тем спокойствием, с которым ты сообщаешь мне об этом.
— Что странного в том, что мужчина достигший тридцатилетнего возраста, решил создать счастливый семейный очаг?!
Элли растерялась.
— Если бы ты бросил хоть один благосклонный взгляд на любую из девушек Королевства, об этом знали бы все; но ты неприступен, как скала, — не нашла сказать ничего лучшего Элли.
— Взрыв общественного мнения по поводу моей невесты будет бурным, — спокойно ответил Молчаливый. — Итак, бумаги подписаны. Власть передаётся в твои руки навсегда. Это не моя воля, но воля Бога, Элли.
Принц встал, подошел к сестре, обнял её за плечи и прижал её голову к своей груди.
— Сестра, когда придет время, отправь меня в монастырь Высокий насильно. Прими эти слова мои, как завещание, подписанное моей рукою в этом кабинете. Хорошо?
— Я не могу понять твоих слов, брат мой.
— Но исполнить-то ты их сможешь?
— Не знаю.
— Сможешь. Ты должна будешь это сделать. Это будет лучший вариант для тебя, для всех и для меня тоже.
— А как же невеста?
— Не невеста, а законная жена, Элли. О ней предоставь заботиться Богу.
— Я не понимаю твоих слов, брат мой, — Элли пристально смотрела в глаза брата, — Ради какой причины я должна буду отправить тебя в Высокий?
— Причины нет сейчас, но она будет потом.
Молчаливый принц поцеловал сестре голову, посмотрел на нее продолжительным, задумчивым взглядом. Едва-едва заметная улыбка коснулась его губ.
— Не переживай, сестра, всё будет хорошо. О чём ты сейчас так усиленно думаешь?
— Я думаю о том, насколько же будет счастлива или, наоборот, несчастлива та девушка, которую ты избрал?
— Есть тайны, Элли, о которых лучше не знать даже департаменту тайной полиции.
— Нашел время шутить.
— О моем отсутствии чувства юмора в Королевстве известно всем, Элли. Я могу, с твоего позволения, идти, или надо что-то ещё подписать?
Элли с грустью смотрела на брата. В эти минуты они были близкими и родными друг другу как никогда прежде, но Элли была не в силах найти разумное объяснение его словам, да и нужно ли было это делать?
— Я всегда тебя любила, — сказала Элли, — моё сердце так переживает за тебя — и тут опять твои новые сумасбродства.
— Доверься Богу.

4м2.jpg

Эпизод тринадцатый
Юлия

Кто знает звуки
Тихие любви,
Сюитой нежности
Расцветшей в буднях жизни,
Кто слышал в сердце
Ее первые шаги
И клятвы верности,
Неведомые прежде,
Тот знает: Ангелы
Любовь
Душе дают,
Тот знает: дар сей
Истинно бесценен,
Тот знает, что любовь
Не предают,
Любовь предавшим
И Господь не будет верен.
.
Любовь хранящая
Смиренная душа
Вдыхает ароматы
От Небес.
Но верность душ
Не любит сатана,
И потому
Повсюду сеет грех.
Любовь есть дар,
Который не храня,
Утратить так легко
И безвозвратно,
Божественный напиток
Расплескав,
Воззрев на плоть,
С желанием
Развратным!
В любви от Ангелов
Источник чистоты,
Источник сил,
Желанье
Верным быть
И знать о том,
Что в сердце — только ты,
И я хочу
Одну тебя любить.
И знать, что нет
Нечистых пожеланий,
Жажды познать
Иную плоть и душу,
Что есть один
Таинственный источник,
Чьей чистоты
Я вечно не нарушу.
Источник этот
Богом нам дается
Один лишь раз,
Чтоб мы его
Хранили.
Любовь лишь в верности
К любимым
Познается —
И что б другие о любви
Ни говорили.
.
Желанье верности
В нас вложено Творцом.
Утратив верность,
С ней теряем мы
Себя.
И слезы горькие
Утраты поздней
Льем
О том, что предали,
Не истинно любя.
«Любовь» от демонов
Жестока, как огонь,
Разженье плоти
И играние ума.
Любовь от Ангелов —
Прохлада от Небес,
Источник чистый,
Истинно без дна.
«Любовь» от демонов
Пылает и горит,
В ней кровь кипит
И плоть играет с плотью.
Любовь от Ангелов
Творца благодарит
За лик любимого,
Идущего с тобою.
Душа к душе прижавшись
В сотый раз,
Как в первый раз,
Любви вдыхает
Тайну.
Любовь от Ангелов
Не требует прикрас,
В нет ней мерцаний,
Будто бы
Случайных.
Она горит
Всегда ровным огнем.
Она красивым видит
Лишь тебя.
В душе иной
Она почтит Творца,
Но верность не утратит
Никогда.
.
На силу верности в любви
Взирает Бог.
На силе верности в любви
Основа жизни.
Кто верность сохранить
В себе не смог,
Тот сам в себе убил
Источник чистый.
Водой же мутной
Никогда не будешь сыт!
К всем, верности
Оковы разорвавшим,
Приходит дьявол
С ядом для души
И на челе напишет:
«Ангел падший».
И всем, кто пал,
Закроется источник
Любви от Ангелов
Навеки,
Навсегда,
Как не сумевшим
Аромат Небесный
Хранить по слову
Господа Христа.

Весть о том что в день тридцатилетия принца Элли провозглашается Королевой, возымела благое действие в Королевстве.
На время о принце забыли.
Он же продолжал вести замкнутую жизнь дворянина, впавшего в странность одиночества. Никто его не беспокоил. Принц переехал из дворца в одно из своих дальних имений и стал путешествовать без охраны. Душа звала его на уединенные дальние лесные дороги и поля. В такие дни принц велел готовить коня и уезжал с раннего утра из имения, возвращаясь лишь к позднему вечеру.
На одной из таких прогулок он встретил обычную крестьянскую девушку.
Он сразу узнал ее.
Спешившись с коня, он подошел к ней и, заглянув в ее глаза, спросил:
— Тебя зовут Юлия?
— Да, господин мой. Откуда Вы знаете мое имя?
Заглянув в её глаза, он утонул в их необозримой глубине.
Чувство любви к ней с такой силой вошло в его сердце, что он невольно пошатнулся и едва-едва не упал.
— Что с вами, господин мой? — с первого же мгновения их встречи в её глазах, в её сердце он прочел столько безграничной преданности и по-девичьи чистого желания помочь ему, что принц сразу же понял: «Это она, точно она; что же мне теперь делать?»
От этой мысли, огнем полыхнувшей в его сознании, у него помутилось сознание и потемнело в глазах. Он сел на землю.
— Что-то с сердцем, — с трудом сдавленно проговорил он.
Юлия быстро перехватила из его ослабевшей руки узду коня, отвела его в сторону, быстро привязав коня к придорожным кустам, поспешно вернулась к принцу.
— Вы больной принц, живущий в соседнем имении, да? Я слышала о вас. Вам нужна помощь? Может быть, я принесу вам воды?
«Вода должна быть в дорожной сумке господина; может, там есть и лекарство?» — быстро подумала Юлия и со свойственной сильным натурам быстрой решительностью принялась действовать.
Спустя полминуты к губам принца была поднесена его фляжка с водой.
Больше, чем воды, он желал целовать её руки.
«Свершилось», — подумал принц, вдруг неожиданно осознав в себе, что сила, приковавшая его ум и сердце к этой простой крестьянской девушке, бесчисленно сильнее, чем та сила, которая влекла его на преступное ложе царицы Нигма.
Попив воды, он посмотрел на Юлию и спросил ее:
— Ты не боишься меня?
— Отчего же я должна бояться вас, господин мой? — глаза девушки смотрели на него с такой Небесной простотой, что принц опять утонул в их бесконечной чистоте.
— Разные обо мне слухи ходят, — сказал принц, подумав про себя: «Интересно, знает ли она что-нибудь о Нигма или нет?»
— У вас бледное лицо, — сказала Юлия, — надо протереть его водой, так легче будет.
Она полила воду из фляжки на расшитую золотом материю его шарфа и стала протирать ему лицо.
Принц смотрел на её сердце и про себя думал:
«Боже, воистину… это Небесный дар. Она не думает ни о корысти и ни о будущей связи со мной. В её сердце нет ничего, кроме девичьей простоты и желания помочь».
Её руки нежно и бережно проводили влажной тонкой материей его шелкового шарфа по его лицу, и в это время их души встретились.
Они почувствовали друг друга так, будто были знакомы целую Вечность.
За несколько коротких мгновений душа душе может сказать гораздо более слов, чем иногда за годы непрерывных разговоров…
Они смотрели друг другу в глаза, и принц думал про себя:
«Я недостоин её любви, потому что я не так чист, как она».
Она же думала про себя:
«Почему же этот господин вдруг становится таким дорогим и близким мне, как никто другой?»
Принц взял её руку в свою, прижал её нежные девичьи пальцы к своим губам и просто сказал:
— Юлия, я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Её глаза смотрели на него неискушенным взглядом девушки, не знающей пороков плоти.
— Почему же я, господин мой? Разве у вас нет другой невесты?
— Ты не хочешь быть моей законной супругой?!
— Хочу, господин мой, очень хочу, но я вам не ровня. Я крестьянка, а Вы Молчаливый принц.
— Почему же ты хочешь стать моей женой? Чем я мог понравиться тебе? Ведь ты тоже, как и я, видишь меня впервые?
— У вас чистые глаза, господин мой. В них столько боли. Наверное, нет такой девушки на свете, которая не стала бы любить вас с первого взгляда.
— Если я расстанусь с тобой, ты будешь страдать без меня?
— Не знаю, господин мой, — просто ответила Юлия.
Она опустила взгляд на землю и заглянула внутрь своей души. Потом посмотрела на Молчаливого принца и сказала:
— Это только в сказках девушки встречают своего принца на черном коне в лесу, влюбляются в него, и через минуту становятся мужем и женой. Но мы же не в сказке?
— А если мы обвенчаемся с тобою в Церкви в ближайшие дни, что ты на это скажешь?
— Я не умею вести себя при дворе, господин мой, над вами будут смеяться люди.
— Я приставлю к тебе лучших учителей Королевства, они обучат тебя всему.
— Вы это серьезно, господин мой?!
— Ты могла слышать обо мне разное, Юлия, но с Церковью я никогда не шутил. После венчания я заберу тебя в свое имение. Ты согласна?
— Мне надо подумать, господин мой, — взгляд и сердце девушки говорили принцу о том, что она говорила серьезно. Ей было нужно время, чтобы принять решение.
— Через сколько времени мы с тобою встретимся и где? — спросил принц.
— Я живу недалеко. Мой отец — лесник, больше у нас никто не живет. Если бы вам было легче, я показала бы Вам тропинку, ведущую к нашему дому.
— Мне уже легче, — принц начал вставать, девушка с готовностью подставила свои плечи под его руку.
— Ты знаешь, Юлия, — сказал принц, — мы с тобой уже муж и жена, только во времени мы пока ещё… — он внимательно смотрел на неё, не будучи в силах подобрать нужного слова. «Да и поймет ли она мои слова?» — подумал он.
Девушка посмотрела на него и засмеялась:
— Времени, господин мой, у вас немного. Если мы будем стоять здесь и смотреть друг на друга, то вам придется ночевать у нашего помещика, потому что время позднее, а дом ваш не близко.
Принц сел на лошадь, посадил впереди себя Юлию. Они доехали до места, где след тропинки уходил в сторону от дороги, в лес, к дому, где она жила.
— Вот здесь. Тропинка одна, другой нет. Есть другая дорога, более удобная для лошади, но она длиннее, её сложнее найти. Я и отец мой, будем ждать вас через три дня. Езжайте, вам надо торопиться.
Девушка ушла по тропинке. Спустя минуту уже ничто не напоминало о ней.

4м5.jpg

«В душу почти каждой девушки Бог вкладывает желание о ком-то заботиться, кого-то любить, кому-то посвящать себя, — думал принц, возвращаясь в имение, — нередко видел я это в сердцах девушек, но такой готовности заботиться о мне я не видел ни в одном девичьем сердце. Да и не забота мне её нужна, а что-то иное. Что? Действительно, что? Менее всего сейчас мне хочется думать о её теле, которое прекрасно».
Неожиданно в голове принца вспомнилась дверь в департаменте тайной полиции, перед которой он стоял в нерешительности перед встречей с бывшей блудницей. Как тогда, так и сейчас, ему хотелось сострадания. Ему хотелось найти душу, которая бы не из корысти и не из желания богатства и почестей любила бы его, но по любви к нему разделяла бы с ним его скорбь.
«Ну ладно я, со мной все понятно, — продолжал течение своих нелегких мыслей Молчаливый принц, — мне хочется обогреть свою душу у огня её души, но что хочет Вечность? Почему Юлия должна, прожив со мной несколько лет счастливой жизни, взойти на свою Голгофу? Почему так, а не иначе?»
— Любовь Юлии к тебе — это не огонь, а прохлада её души, о таинстве которого ты пока ещё ничего не знаешь, — услышал принц внутри себя голос своего Ангела-Хранителя.
«Может, ей было бы лучше не встречаться со мной, чем, встретившись и полюбив меня, в скором времени познать горечь разлуки?» — подумал про себя принц.
— Зачем тебе знать тот путь, которым Бог приближает к Себе души избранных Им? Не думай об этом. Бог послал тебе дар, смотри же, чтобы, вселив своими словами надежду в сердце девушки, ты не оказался перед ней обманщиком. Любовь, это серьезно.
— Я все понял, Ангел мой, — шепотом в начинающей наступать ночи, подъезжая к поместью, сказал сам себе Молчаливый принц, — я не буду выбирать свою судьбу. Отец Мистик был прав, когда учил меня что доверять своему уму опасно. Надо молиться и идти тем путем, который определен для меня Вечностью, а не выбирать для себя тот путь, который только лишь кажется мне более лучшим.

Когда вода всемиpного потопа
Веpнyлась вновь в гpаницы беpегов,
Из пены yходщего потока
Hа сyшy тихо выбpалась Любовь
И pаствоpилась в воздyхе до сpока,
А сpока было — соpок соpоков…
.
И чyдаки — еще такие есть —
Вдыхают полной гpyдью этy смесь
И ни нагpад не ждyт, ни наказанья,
И, дyмая, что дышат пpосто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же — неpовного — дыханья.

Владимир Высоцкий

Спустя три дня принц Молчаливый подъехал к началу тропинки, где он расстался с Юлией, спешился и пошел навстречу своей судьбе.

4м6.jpg

На дворе дома, успокоив предусмотрительно привязанного пса, Молчаливого принца встретил отец девушки. По правилам гостеприимства, он взял из рук принца узду его лошади, отвел ее под навес, чтобы привязать ее, дать корм и через какое-то время расседлать.
— Проходите в дом, Ваша Светлость, Юлия ждет вас.
Зайдя в дом, принц оценил чистоту и опрятность в доме, созданную руками Юлии.
Её отец зашел в дом и пригласил гостя к столу.
— Что же ты стоишь, дочь? Подавай что-нибудь на стол, гость с дороги. Или оставишь его голодным?
На столе быстро начали появляться нехитрые блюда.
Принц любовался каждым движением Юлии, стараясь предугадать то направление, которое может принять разговор о их будущей свадьбе. Она накрыла стол, поставила в центре кувшин с вином, разлила вино по чашам и ушла в другую комнату.
— Не обессудьте, Ваша Светлость, — сказал отец Юлии, — нам не приходится принимать благородных гостей. Есть только то, что Бог послал.
— Вам известно для чего я приехал к вам? — спросил принц, начиная эту не совсем легкую для него беседу.
— Признаться, когда Юля рассказала мне о вас, я подумал, что у нее что-то с головой. Мы люди простые, а вы из благородных. Ваш брак с моей дочерью не будет равным.
— Отчего же он не будет равным, отец? Мы обвенчаемся в сельской церкви. Я одену простую одежду. Священник не будет знать, кто я. Гостей приглашать не стану.
— Как же без гостей, Ваша Светлость? — удивленно посмотрел на Молчаливого принца отец Юлии.
— Я хочу, чтобы гостями на нашем венчании были Ангелы, а не люди.
— Странный вы, однако, человек, Ваша Светлость, — сказал отец, поднимая чашу с вином; неторопливо выпил, продолжил, — Юля тоже не без причуд. Только вот, — отец Юлии задумался, — не придется ли вам венчаться в пустой Церкви?!
— Отчего в пустой? — пришел черед удивиться принцу.
— Юлю почитают в деревне за колдунью. У нас ведь, знаете, как? Если кто живет один в лесу – то значит, или колдун, или колдунья — и делу конец. Нет у Юли ни подружек, ни родственников, так вот. Юлия! Куда ты ушла? Вино гостю я что ли наливать буду? – по-крестьянски просто позвал он свою дочь.
Юлия без лишних разговоров разлила по чашам вино и хотела было снова уйти в другую комнату.
— Да сядь ты за стол, дочь. Или боишься, что гость, разглядев тебя как следует, возьмет да и передумает?
Юлия села за стол и опустила голову.
— Переживает, ясное дело, — продолжил отец, — девичье дело известное. Сама не знает, что найдет: то ли горе, то ли счастье?!
— Со мной она скорее найдет горе, чем счастье, — сказал принц, — жизнь при дворе только на первый взгляд сладкая. Будь моя воля, я бы в лесу жил. В лесу спокойнее, чем во дворце.
— Юля тоже любит лес. Да вы не стесняйтесь меня, старика. Сами это дело начали — сами и решайте как знаете. Жить-то ведь ей с вами, а не мне. Поживите у нас немного, присмотритесь к друг другу. Под венец пойти несложно, а впереди целая жизнь. Коня надо расседлать, Ваша Светлость, остыл уже. Я пойду по хозяйству посмотрю, а вы тут без меня поговорите, — отец встал и вышел из дома.
— Речь твоего отца не похожа на крестьянскую. Кто твой отец?
— Крестьяне мы, Ваша Светлость. Прадед наш жил раньше в столице, говорят, важным человеком был. Потом его сослали в эти края, лишив всего, за какую-то провинность. Дед и отец родились здесь, а я, кроме нашего леса, отца, мамы и бабушки, более ничего не видела.
— От прадеда остались какие-нибудь бумаги?
— Нет. Только книги. Их много. Папа их никому не продает, сам читает, да и я тоже.
— Значит, ты знаешь мир только по книгам, принцесса?
— Какая же я принцесса, Ваша Светлость?
— Я привез тебе новое платье, одень, — принц подошел к дорожной сумке и достал приготовленный сверток.
Юлия в нерешительности стояла, не зная, что ей делать.
— Одень, Юлия, прошу тебя. Тебе надо привыкать к новой одежде. Возьми. Это подарок перед нашей свадьбой. Переоденешься и, если платье тебе будет в пору, покажешь мне вашу библиотеку, хорошо?
Юлия взяла сверток и ушла в другую комнату.
Когда она вышла в новом платье, принц обомлел.
«Никто при дворе не скажет, что я нашел себе некрасивую невесту, — подумал про себя принц. – Впрочем, что двор? Как-то Элли ее примет? Все прочее для меня неважно».

4м7.jpg

На следующий день принц вернулся в имение, предупредил управляющего, что отправляется на дальнюю охоту и чтобы никто не поднимал тревоги понапрасну и не разыскивал его ближайшие дни. Принц взял с собой всё необходимое для обряда венчания и с трепетным сердцем влюбленного отправился в путь.
Отец Юлии, увидев, как расцвела и похорошела его дочь, принял Молчаливого принца всей душой. Он радовался радостью родителя, видевшего свою дочь счастливой.
Две недели, которые принц прожил в доме лесника, были, пожалуй, самыми счастливыми и беззаботными в его жизни.
Прогулки в лесу, простота обстановки, беседы с Юлией, открытие все новых и новых, неожиданных для него черт её характера — все это наполняло жизнь принца какими-то особыми, ранее незнакомыми его душе сильными чувствами.
Таинство любви захватило души Юлии и Молчаливого принца в свой сладостный, неповторимый плен. Их души были созданы друг для друга. По временам то принцу, то Юлии начинало казаться, что вот-вот налетит злой сильный ветер, и их счастье окажется сном, выдумкой, розовым туманом, прилетевшим из мира сказок и улетевшим в из краткого земного бытия в Вечное небытие.
Но просыпаясь в новое утро, они видели глаза любимого, и новый день дарил им новое счастье.
Как бы то ни было, но принц и Юлия были люди, а не Ангелы: их души начали с неумолимой силой просить телесной близости друг с другом. Законной дверью к этой близости мог быть только обряд венчания в Церкви.
Принц съездил в село, договорился о венчании со священником. Сделал обычный взнос на Храм, положенный в подобных случаях, чтобы преждевременно внесенным щедрым подаянием не привлечь лишнего внимания. Священнику принц сказал, что венчальные кольца он привезет ко дню венчания, после чего, благодаря Бога за то, что все устраивается как нельзя лучше, вернулся в дом лесника.

Эпизод четырнадцатый
Венчание

Когда в назначенный день венчания священник взял из рук принца, одетого в простую крестьянскую одежду, золотые кольца, украшенные бриллиантами и тончайшими узорами невиданной им прежде работы, он начал кое о чем догадываться, но было уже поздно что-то выяснять и расспрашивать. Жених и невеста стояли перед центральным аналоем, ожидая свершения таинства венчания.
Священник положил кольца на дискос, поставил их на Божий престол, преклонил свои колени и начал читать по служебнику положенные в подобных случаях молитвы.
День был на редкость пасмурный и даже темный.
Сельский Храм был пустой, только две молодые дочери священника стояли на месте певчих и были свидетелями свершающегося таинства.
Под ноги венчающихся священник постелил чистое белое полотенце — символ чистоты и невинности помыслов пришедших к Божиему алтарю.
С сердечным трепетом и осознанием своего недостоинства, принц Молчаливый встал на это полотенце своими ногами.
О сколь, большую бы цену заплатил он в этот момент за то, что бы в его прошлом не было преступной связи с царицей Нигма?! Но то, что было, от этого уже ему не суждено будет избавиться во времени. Душа Юлии была менее искушена во грехе, потому Ангелы к её душе были ближе, чем к душе принца. Вечность не любит неточностей. За прошлые согрешения приходится платить по счетам: кому на земле, а кому в Вечности. Последнее неизмеримо страшнее.
Когда священник подвел венчающихся к центральному аналою Храма и начал читать молитвы святым христианским мученикам о помощи будущим мужу и жене в их супружеской жизни, неожиданно для всех Храм наполнился ярким солнечным светом.
Одна из дочерей священника, певшая тропарь мученикам, посмотрела в окно и увидела, что тучи продолжали всё так же закрывать собою то место, где в это время дня должно было находится солнце.
«В Храме Неземной свет», — подумала она и, подтолкнув сестру, показала в окно.
— А ещё в деревне все говорят, что Юля колдунья, — сказала старшая сестра священника младшей, — никогда такого света в нашем Храме не было, когда молодые венчались.

(Примечание автора. Сцена Неземного Света во время венчания одинокой пары в сельском Храме, а также и другие подробности этой сцены не придуманы мной, но взяты из реальной жизни)
Вкус простого вина, которое поднес священник к устам принца во время обряда Венчания, запомнился ему на всю его жизнь. Более вкусного вина он в жизни своей не пробовал. Да и что было в этом удивительного, когда святые Ангелы влили в это вино вкус Божественной Любви Всемогущего к своим возлюбленным детям?
Когда Принц и Юлия вышли из сельского Храма и посмотрели друг на друга, они заметили разительную перемену их отношений после обряда венчания в Церкви. Принц видел перед своими глазами Ангела, а не человека. Ангела во плоти.
Юлия же видела душой своей человека ей теперь самого близкого и самого дорогого, чье будущее она будет делить с ним не только на земле, но и в Вечности.
Перед тем, как посадить Юлию в седло своего коня, Молчаливый принц подозвал к себе младшую дочь священника и передал ей тяжелый холщовый мешок с золотом для Храма.
— Передай это отцу, пусть молится о мне и о Юлии.
Принц сел позади жены, и они неторопливо поехали по пустынным улицам села. Село было безлюдно, как это обычно бывает в период уборки урожая на полях. Когда они выехали за село, Юлия обняла Молчаливого принца, впервые в их жизни их губы встретились.
— Любимый.
— Ни говори мне ничего, Юлия, в наших словах так мало правды. Я тоже люблю тебя. Я с ужасом думаю о том времени, когда тебя, единственная моя, уже не будет рядом со мной.
— Говоришь мне о молчании и тут же говоришь глупости. Бог соединил нас навеки. Разве ты не слышишь ту песню радости, что поёт сейчас твоё сердце?
— Слышу, Юля, слышу, поэтесса ты моя.
— Я никогда не писала стихов, любимый мой.
— Зато ты говоришь стихами.
— Лучшие мои стихи — это ты, Молчаливый принц.
Девушка положила свою голову на его грудь. Мерный шаг лошади совпал с её желанием покоя. Молодожены молчали, потому что любые самые высокие и самые чистые слова в это время были для них ненужными.
Брак, заключенный на Небесах, имеет своим посредником язык Ангельский, а не человеческий. Язык Ангелов умеет яснее выражать свои чувства без слов. Души, умеющие слышать голоса Ангелов, хорошо знают это.
В душе Молчаливого принца и Юлии хоры Ангелов возносили славословие Всемогущему Творцу, который есть Любовь и Творец всех истинных чувств влюбленных во вселенной.
Души принца и Юлии слышали пение Ангелов друг в друге; то самое таинство общения любящих сердец, которое не смог бы достойно описать ни один поэт мира.
Но и земной мир, повинуясь благословению Всемогущего, сделал им свой маленький земной подарок.
Впереди себя Молчаливый принц и Юлия увидели танцующих журавлей. Они оба затаили дыхание, ожидая, что журавли, увидев коня, улетят с обочины дороги. Но журавли продолжали свой брачный танец.
Сколько гармонии, грации, нежности и любви было заключено Богом в каждом их движении. С какой нежностью они прикасались к друг другу крыльями, на мгновение застывали и тут же переходили к следующим пируэтам, заложенным в них Творцом прекрасного.
Принц и Юлия завороженно смотрели на танец журавлей. Так они проехали в двух метрах от них не нарушив их таинства любви. Удаляясь от них, они долго ещё продолжали смотреть на танец журавлей, до тех пор пока мерный шаг лошади не скрыл от их глаз влюбленную пару птиц, отмеченных особой Небесной печатью и печалью.

4м8.jpg

(Примечание автора. На Алтае испокон веков журавли считались священными. Их там никто никогда не трогал, поэтому там журавли не боятся человека. Я сам видел что танцующие брачный танец журавли не улетают при приближении к ним на коне, если ты ведёшь себя тихо, даже если проедешь мимо них на расстоянии трёх-пяти метров)
Впереди Юлию и Молчаливого принца ждал отмеренный им Вечностью отрезок земного пути, который им суждено будет пройти вместе. Вечером в простом доме лесника они впервые легли на свою супружескую постель.
Наутро Молчаливый принц вспомнил о своих бурных ночах, проведенных им с царицей Нигма.
«Нет, — сказал он сам себе, — Вино Божественной любви бесчисленно слаще того напитка, который подносит сатана. Любимая, я так не хочу терять тебя».
На его груди спала его судьба. В своих, теперь уже не девичьих, снах она пребывала в тех местах, о которых мудрецы этого мира и до сего дня продолжают строить свои догадки. Но есть на земле другая любовь, которая выше благословленной Богом супружеской любви — любовь монашеская.
Уже с этого времени Небо начало подготавливать их души к принятию монашеского пострига. Юлия об этом ничего не знала, но Молчаливому принцу были открыты сроки их расставания на земле. Есть такие тайны, которыми нельзя делиться с близкими людьми.
Принц вспомнил глаза Короля Магистра, смотревшие на него в детстве. В обострившихся воспоминаниях он понял что его родитель знал будущее его. Не оттого ли глаза его отца при взгляде на маленького принца были так грустны, задумчивы и печальны, что он ясно прозревал его увлечения земными предметами искусства, царицу Нигма, Юлию и будущее неизбежное их расставание? Как порой печальны и запутаны пути, ведущие нас к вечному Блаженству в Царство Всемогущего. Только теперь он ясно понимал горькую цену молчания своего родителя.
«Неужели Небо даст нам ребенка?» — подумал принц.
Небо молчало.

СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА

 

Написать письмо или оказать помощь автору