Удержать тишину

2м1.JPG

Удержать тишину
Слово первое

Не помню такого утра, чтобы в наших местах, ложился столь плотный туман. Широкая грунтовая дорога лежащая передо мной, в пятидесяти метрах от меня, бесследно исчезала в непроглядной молочной завесе. Всё, что мне было позволено видеть, это лишь небольшой островок земли, словно по чьему-то мановению, неожиданно оказавшийся — на краю мира.
Казалось, вот еще шагов двести-триста, может немногим больше, и впереди ничего уже невозможно будет найти… ни земли, ни неба, ни человеческого голоса.
Впрочем, о чём мне жалеть?
Земля одарила душу столь значительными страданиями, а люди, столь частым непониманием, что позволь мне Бог, прийти к краю мира и дай знать, что не будет в этом греха… то с каким бы явным облегчением, безвозвратно ушел бы я, в мистическую вселенную небытия. И чем далее удалялся бы я от места моих тревог и страданий, чем безнадежнее было бы моё возвращение, тем более и более, благодарила бы душа моя Бога, за то — что получила она, наконец-то, бесценнейший дар, забыть весь тот страх, что сопровождал меня большую часть моей жизни.
Всё это — мечты.
Но туман, реален.
Прищурив глаза и сосредоточив перед собой зрение я видел как в воздухе летают мириады мельчайших капель влаги… Разве же это не чудо — вода, легче воздуха? Впрочем, капли, встречаясь и соединяясь между собой становились крупнее, тяжелее и понемногу, в упорядоченном хаосе, устремлялись медленно вниз. Туман начинал садиться. Я поймал себя на мысли, что впервые, находясь не в горах, а в равнинной России, я видел как прямо перед моими глазами рождаются дождевые капли. Красивое зрелище. На время, я даже остановился, чтобы видеть потоки начинающего ложиться на дорогу тумана, яснее.
Я шел на восток. Спустя час, солнце поднялось выше. Оглянувшись назад, я увидел белую, почти кругообразную радугу висевшую невысоко надо мной.
Земной мир решил принести мне редкий подарок. Тишину, безлюдье и белую небольшую радугу над моей головой.
Было о чем задуматься.
Со мной часто стало такое происходить…, граница между миром земным и миром духов исчезает. В таких случаях, я бываю вынужден жить в мире ином, телом не покидая этот.
Дойдя до края мира я привычно вошел в безмолвную неизвестность.
Как жаль, что не пришло еще вожделенное время мне навеки забыть язык людей, забыть землю и всё что я встретил на ней. В моём сознании, вместо желанного небытия, раскрылось бытиё иное: с иным смыслом, с иными жителями, с иным языком, в котором нет почти ничего земного.

Слово второе
Богоискательство…
Тот, кто в поисках Бога не найдет в себе мужества осознать всех крайних несовершенств языка людей, тот, скорее всего, так НИКОГДА и не сможет войти в тишину — где только и можно встретить Бога. Бог не принимает от души несовершенное. Я не видел в себе
ни единого слова, которое помышляло бы сердце моё — и которое я мог бы признать совершенным. Не предвижу в себе я совершенства слов — и никогда в будущем! Ведь совершенно лишь то, что Бог Сам творит в чувствах человека: творит без слов, творит с великой властью и Могуществом.
Всегда, когда бы не пересекал я границу мира духов, приходилось ясно осознавать — слова в мире духов, почти ничто. Много важнее те чувства — которые, по дару Бога, сердце делается способным переживать без слов.
В мире духов, не только иные меры всему, но что самое потрясающее — там иное время, время — неограниченное земной смертью, время — вечное.
До тех пор пока живет человек в земном времени, он не может не помышлять о земном. Когда же он войдёт в мир и во время духов — то не может он там помышлять о земном, потому что земное — не способно отразиться в вечности. В вечности легко отражается лишь то, что никогда не умрет. Язык же людей, земля и всё что на ней — непременно умрут во время Страшного второго пришествия Иисуса Христа. Не умрет же — бессловесная способность любить Бога, Силою Духа Его и всё то, что любит Сам Бессмертный Дух.
Вспоминаю цитату Евангелия:
«Иисус же сказал им в ответ: пришел час прославиться Сыну Человеческому. Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода. Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную». (Иоанна 12 стих 23-25)
О чем говорит здесь Господь?
Не о том ли, что до́лжно умереть в человеке всё несовершенное? В том же, в ком не умрут слова человеческие и тот кто не обучен подолгу удерживать в себе тишину Бога — как он сможет жить там, где:
«пророчества прекратятся, языки умолкнут и знание упразднится»? (1 Кор. 13 ст. 8)
Слово третье
Побывав в вечности — всегда и непременно, приносишь оттуда на землю (внутри себя) способность видеть себя — иначе, чем видел прежде.
Людям свойственно видеть себя несложно.
Тот же, кто хоть раз пересекал границы миров — начинает видеть за КАЖДЫМ словом сказанным им внутри себя — удивительнейшую картину: ожесточенной, непримиримой, тонкой, едва приметной, борьбы духов зла и Ангелов Божиих — за КАЖДОЕ слово, когда либо сказанное (или даже просто представленное в уме) человеком.

Тот же, кто вошел в тишину Бога, плачет над каждым сказанным, подуманным и написанным своим словом. Не может он не плакать о всём внутри себя!
Плачет он и о том, что вынужден он, быть жёстко скованным великими несовершенствами языка людей! Язык людей истинно ничто. Не знает душа моя, наказания более худшего и коварного, чем почитать совершенным — то что совершенным быть неспособно.
Тишина Бога — это и есть отсутствие несовершенного. Это есть способность смиренно любить Бога, Силою Его Духа — не произнося при этом внутри себя ни единой гордой мысли сформированной в слова человеческие.
Истинно, истинно — не ложь ли будет моё признание в любви к Богу, когда без действия Духа Бога, я и греха-то в себе не вижу и от греха остановиться НИКОГДА не в силах… и вдруг «Я люблю Тебя, Господи»?!
Тишина Бога, тем и отличается от всего — что в ней становятся невозможны слова людей, но можно сердечно просить Бога в чувстве, о спасении душ своих ближних.
Тишина Бога удивительна тем, что чем о бо́льшем количестве людей ты просишь, тем легче тебе просить о них.
В Тишине Бога не нужны слова, но необходимо сильное желание сердца и умение — удерживать в себе (легко-узнаваемую, удержимо-неудержимую) Тишину Духа.

Слово четвертое
Вот и всё.
Солнце взошло выше.
Туман рассеялся.
Я смотрел на мир обновлёнными глазами, стараясь удержать внутри себя тишину Бога, раз за разом повторяя привычные слова молитвенного правила:
«Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою; благословена Ты в женах и благословен Плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших».

2м2.jpg

Написать письмо или оказать помощь автору