На вершине Божией горы

2018-03-09_17-32-07

На вершине Божией горы (мистика не учит, она даёт возможность задуматься)
Я поднимался на гору жизни.
Кости души моей сокрушались от пережитого позади. Тяжесть пути измалывала душу в песок.

«Господи, Господи» — шептал я, — «Может ли быть смыл жизни в мире наполненном смертью? Нет ничего надёжного в мире земном. Здесь, на земле, я лишь понял насколько же я ненадёжен»
Горы молчали. Небо молчало. Земля молчала. Незримый ветер разрывал одежды чувств моих силой неземной печали. Молчала душа моя.
Звенело пространство от напряжений духовного мира.
Прав был монах сказавший мне что к Богу можно приблизиться только в одиночестве.
Познавший себя не ищет собеседников среди людей. Он ищет Бога, но находит он вначале не Бога, но печаль о себе и боль. Боль оттого что жил не так как мог бы, если бы был более внимательным к словам Христа.
Печаль…
Безмолвны и безлюдны земные вершины, но много-много молчаливее и безжизненней вершины духа.
Десятилетия шли. Я поднимался выше и выше, год от года становясь всё более и более одиноким, поднимался до тех пор пока не иссякли силы. Упал на подъёме и не находил сил встать. Кровь души моей перестала течь по жилам чувств.
Всякий, кто приближается к Богу переживает это… переживает гибель гордого разума.
Подумалось: «Кажется, от скорби своей я забыл  кто я. Нет сил даже на покаяние»
Лишь познав полноту бессилия своего человек может встретить Бога лицом к Лицу и узнать, не умом даже, но всём существом своим, что Бог — это и есть смысл всего… Его Воля.
Лишь изношенная и истомлённая на долгих тяжёлых подъёмах душа может узнать насколько она ничто, насколько Бог — всё для неё.

«Господи, Господи… кто подобен Тебе? При приближении к Тебе тает разум мой. Тают слова. Тают мысли. Уходят в небытие вопросы потому что я всегда задавал их Тебе с гордостью, Господи…»
Я закрыл глаза и умер душой.
В ином мире нет смерти, но возможно преображение.
В ином мире — этот мир и слова этого мира — смерть.
Желающий видеть мир Божий, мир Невидимый, мир Прекрасный, должен умереть душой для образов и для чувств земных. Он должен стать иным заимствовав иное у ног Распятого Иисуса Христа.

«Господи, Господи…, скажи мне день числа кончины моей!»
Преобразившись я перестал чувствовать усталость и предстал пред Богом, как и есть — ничем.
Что осталось позади?
Остались ошибки, заблуждения, ложные надежды без числа и множество падений….
Боль.
Боль о своих падениях может быть и от гордости.
Как всё смешано в человеке…

Бесчисленно убеждался я — стоит лишь открыть свой разум для рождения слов в нём и греха гордости не миновать…
Молчу пред Богом. Молчу пред Благостью Неизмеримой Его. Всё желание моё — в молчании. Молчанием и покаянием о прожитом всём моём наполняю душу мою до краёв.
Пью молчание Бога, пью покаяние за всё прожитое и
за всё передуманное мной прежде, пью полной грудью души неизмеримую ни на одно мгновение нескончаемую скорбь о себе самом … чтобы умереть пред Богом более полнее.
Чем более умираю в покаянии, тем более оживаю в том что не описать словами.
Оживаю в Милосердии Божием.

Оживаю очистившимся, омытым не моими гордыми слезами даже, но Слезами Духа — смешавшимися с моими онемевшими от Божиего Милосердия чувствами…

«Господи, Господи… сколь я с мире не ликую, я ведь смерти не миную»
Хочет ли кто приблизиться к Богу?
Пусть не побоится умереть душой перед Иисусом Христом. Пусть не испугается в самом себе пережечь и развеять в прах молитвой покаянной душу свою, свою волю, свои желания гордые.
Придя к Богу — не униженным почувствует себя человек, не раздавленным, не уничтоженным, не подавленным Божиим Величием, но преображённым Его Любовью.
Как часто по окончании Литургии плачет горько душа моя о всех тех кто не знает КАКОГО
Необъятного душой Блаженства лишают себя те кто презирает Жертву Иисуса Христа за грехи мира.
Мир, наполненный смертью, людям видится дороже Тела и Крови Иисуса Христа Смиренно сокрытого в хлебе и виноградном красном вине.
Немного Хлеба Небесного…
Немного Вина Божия…
И может ожить душа твоя для новой Жизни в Боге. Но новая Жизнь ни для кого не наступает прежде чем не умрёт он земными образами и планами перед Хозяином Невидимого Блаженства.

«Взойду я на гору высокую….»
В этом причина, почему столь мало тех кто получил от Господа ту или же иную свободу от грубых и тонких страстей своих.
Прежде чем получить покой душе, должно взойти ей на «гору высокую» взойти на высоту гордыни своей и упав с неё, разбиться перед Господом Иисусом…, разбиться не единожды и не дважды, но много-много раз. Столь много раз разбиться, сколь будет сил обессиленному {вновь и вновь, в бесчисленный раз} встать, окровавленными ногами души, на новый путь к Богу.

«Погляжу во тьму глубокую….»
Невозможно приблизившись к Богу не увидеть ад в самом себе, тот ад — что поверг ниц перед Собой Иисус Христос на Голгофе.
Так устроен путь к Богу….

Чем ближе будет душа к Нему, чем теснее, чем постояннее будет покаянная молитва души, тем всё более и более тёмной будет видеть себя всякий человек перед Богом.
Тьму увидит в себе душа и НИЧЕГО кроме тьмы. Если же было что благое позади пути на гору Божию…, то не от природы человека это было, но кому хотел Бог — тому вкладывал Он благое, в сокровенные чувства его. Если же не захочет кто искать
покаяния заповеданного Иисусом Христом, то такой легковесный человек, даже и не поймёт насколько ПОЛНАЯ, БЕСЧИСЛЕННАЯ, БЕСКОНЕЧНАЯ он (был, есть и будет) тьма, сам в себе, без Бога.
Боже… вскую оставил мя еси?

«Вижу я горбы, горбы…. предвечные наши домы….
Камени то головье моё, песок, источник — постеля моя
Черви-то, соседи мои….»

Вот истинная цена перед Богом всем моим молитвам, моему покаянию, всему что я сделал, всему что сказал, написал, думал, предполагал, гадал, вот цена всему тому что ожидал от себя — гробы, камень, песок, ледяная вода, черви.
Да, я безумен… но я знаю что
небезумных не исцеляет Господь.
Я безумен оплакивая всего себя, подобно Арсению Великому, безумен я в желании своём НЕПРЕРЫВНО каяться пред Богом за всё пережитое и продуманное мною, но иного пути удержать при себе Любовь и Неизмеримое Милосердие Божие Питающее тело и душу мою (забывшую о скорбях и живущую непрерывным покаянием) я не знаю….

«Мать сыра земля, прими на вечную жизнь меня….»
Плачу я…
Плачу день и ночь плачу о всём в себе.
Плачу, как учил меня тому мой духовный отец.
Плачу среди безмолвных безлюдных вершин духа и нет сострадающего мне на земле.
Лишь Небо, Бог, Святые и Ангелы Господни, оплакивают вместе со мной, (оплакивают внутри души моей, истинно бесконечную греховность мою, оплакивают без видений и образов), оплакивают ту самую греховность которая есть в каждом из людей, но видеть в себе самом тьму ада, можно лишь Духом Бога.
….

Великий пост 2018 года.

Господи, Господи, покажи день числа кончины моей.
Сколь я в мире ни ликую я и смерти не миную.
Взойду я на гору высокую, погляжу во тьму глубокую.
Вижу я гробы, гробы…. предвечные наши домы.
Камени то головье моё, песок, источник — постеля моя
Черви-то, соседи мои.
Мать сыра земля, прими на вечную жизнь меня….
Источник http://www.megalyrics.ru/lyric/akotov-s … mierti.htm

.

Написать письмо или оказать помощь автору