Дневник 10 часть (сокращён и исправлен 2020 г)

ПРЕДЫДУЩАЯ ЧАСТЬ ДНЕВНИКА

ПОЧЕМУ Я НЕ ЛЮБЛЮ ЦИТИРОВАТЬ СВЯТЫХ ОТЦОВ И ЕВАНГЕЛИЕ
Тот, кто сталкивается с моими текстами регулярно, наверняка заметил, что я редко цитирую Евангелие и святых отцов. Мне это ставят в вину, но я не исправляюсь и не планирую исправляться.
Почему?
Объясняю причины.
1 — Чтобы с чистой совестью и с чистым духом цитировать Евангелие и отцов, я считаю, нужно быть духовно равным тому святому отцу, которого цитируешь, или же Самому Христу, если цитируешь Его слова. Нужно быть духовно одно с тем, чьи слова используешь. А если это не так, что выйдет? Выйдет так, как если бы на царский престол посадили неумытого холопа.
2 — Слишком часто я сталкивался с такими ситуациями, когда вместе со словами святого Писания в душу мою входил адский холод от слов говорящего или пишущего в сети. Как это происходит, я не могу знать, но (не вовремя и не к месту) цитируемые слова Писания могут разрушать психику как слушающих, так и говорящего. Они могут вводить в уныние, могут вызывать жёсткое отторжение к Божественному и даже к Самому Богу. А сусальные проповеди сектантов, с их бесчисленными цитатами из Писания? Какую духовную тошноту они вызывают в моих чувствах и какой соблазн… Святое Писание — и какой жуткий плод! Об этом же пишет и святитель Игнатий Брянчанинов: «Словом Божиим убили себя навечно Арий, Несторий, Евтихий и прочие еретики, впавшие произвольным и дерзким толкованием Писания в богохульство» (Аск. опыты. ч. 1. гл. 5)
3 — Я считаю, что Божие можно выразить просто, без перегруженности цитатами, и если уж сказанное будет Божие, те, кто от Бога, тебя услышат.
4 — Если я не люблю цитировать Писание и отцов, это не значит, что я не люблю их читать и слушать. У меня множество наставлений отцов на телефоне. Я слушаю их часами, сверяю по их наставлениям свою жизнь и свои чувства. Я наслаждаюсь их словами, и мне нравится осознавать, сколь много было у Христа преданных Его рабов, до высоты богословия которых мне век не дорасти. Когда же позволяет здоровье, я ухожу в лес, и там слушаю проповеди, которые мне интересны. В лесу никто не мешает мне их обдумывать. Там можно остановить аудио и размышлять над услышанным, но цитировать я не люблю…

Сказал духовнику на исповеди, что домашние заботы заметно снизили качество моего покаяния. Пожаловался, что молитва стала не такой, какова была во время моей продолжительной болезни, когда почти ничего не делал, но больше молился.
Отец Алексей не стал меня упрекать за снижение молитвенного накала и не стал давать наставление, как исправить положение, но сказал простое: «Домашние заботы не послужат нам оправданием перед Христом». Ничего более не прибавив, он прочитал разрешительную молитву, благословив готовиться к Причастию.
.
Вот таким, я думаю, и должно быть истинное наставление о духовном. Не сложным, а точным и без тени осуждения.
Духовник указал на НЕИЗБЕЖНОЕ следствие моей молитвенной расслабленности, и души коснулась спасительная тревога за себя… А ведь действительно, нужно собраться и распределить работы по дому так, чтобы духовное не подавлялось вещественным, чтобы душа не ослабевала столь весомо в молитве покаяния, не ослабевала так, чтобы я чувствовал внутри себя пустоту.

Чувство внутренней пустоты — грозный признак. Если в душе возникают пустота и томление, это значит, что душа моя удаляется от Бога. Это значит, ум удаляется от покаяния, удаляется от сокрушения духа, к которому он привык. Одно лишь отсутствие сокрушенной молитвы в течение земной жизни — это ведь тоже грех, и грех немалый, если он рождает внутри меня предчувствие адских мучений. Впрочем, современному человеку не свойственно спрашивать строго с самого себя, но… как же это всё-таки важно: даже и не пытаться начинать жить «как все».

Входя в храм, всегда произношу одну и ту же молитву, рождённую из глубины души: «Слава Тебе, Господи! Это не я пришёл в храм, но Ты привёл меня сюда». Истинность этой молитвы заключается в ясном осознании, что если бы не Сила Божия, не в храме бы я был в этот день, но служил бы каким-либо порокам при моих жёстких наклонностях к различному греху.
И тут чем более в искренних чувствах душа моя воздаст славу Богу, чем усерднее унизит сама себя, тем более получит Благодати Духа. Но стоит мне принять в себя лишь самую малую тень самодовольной мысли: «Я сегодня пришёл в храм», как отступает из-за этой гордыни блаженный покой души.
Вот как сильно духовный мир чувствителен к самовосхвалению! Даже самая малая тень самодовольства мгновенно лишает душу прежнего блаженного молитвенного покоя. Когда же душа славит не себя, но Бога, то она получает большую милость. Эта милость настолько велика, что нет ничего радостнее и покойнее, чем то, что приносит душе смиренно совершаемое славословие Богу или любая другая православная молитва.
Впрочем, и в славословие Богу дьявол как-то ухитряется втиснуть нечто своё, высокомерное, гордое, ненавистное Богу.
Нужно искать искреннее, не перед людьми, но пред Богом всегдашнее самоуничижение. Нужно искать искреннее сокрушение в чувствах перед Богом, потому что ТАИНСТВО молитвы не в словах заключено, сколь бы правильными слова не были бы, но в чувствах — искреннего и сильного ПОСТОЯННОГО самоукорения, в чувствах искренней ВСЕГДАШНЕЙ болезни о всём своём.

В течение жизни к нам приходит множество мыслей, требующих решений и действий с нашей стороны. Но есть самое важное решение и самое важное действие со стороны человека, которое он может делать, а может и не делать… Самое важное — это помнить ему о Создателе своём. Или же не помнить? Самое важное — это станет ли стремиться душа к Богу ВСЕЙ крепостью своей. Или же она будет стремиться к иному?
Позволит ли душа себе минуты, часы, дни, месяцы или даже годы жить без памяти о Боге своём и без проявления любви к Нему? Или же не позволит? Станет ли каяться душа в преступном забвении своём о Боге (пусть даже это было вынужденное забвение или забвение, сделанное по неведению и по немощи рассудка)? Или же душа примет забвение о Боге как некую, якобы безопасную и даже БЕЗГРЕШНУЮ часть своей жизни?
Вопросы, вопросы и вопросы…
Эти нелёгкие вопросы, в чём мы правы, а в чём нет, мы время от времени мучительно задаём сами себе. А ответы… ответы ТОЛЬКО ведь у Бога и есть правильные. Нам они не даны. Не даны, потому что не сможем их вместить в себя, не сможем вынести их мысленную строгость и тяжесть.
.
Когда-то я думал, что правильная духовная жизнь заключена в умении находить правильные ответы на те или же иные случаи жизни. Но потом пришло иное понимание верного духовного пути. Пришло понимание, что правильно заданные самому себе покаянные вопросы — много точнее могут указать моей душе путь к Богу, чем горделиво усвоенные моим разумом «точные» «истинно православные» ответы на духовное.
.
Жить без точных ответов о духовном лишь на первый взгляд может показаться неопределённым, трудным и даже неправильным и неправославным. Но если внутри будет развита живая ПОКАЯННАЯ надежда на Бога, тогда уже Бог Сам не допустит ложному смирению уничтожить или же исказить догматы православия в ущерб здравию души. Бог правильно расставит акценты над теми догматами веры, которые дал людям Он же, которые вечны и которые никому не позволено изменять.

Нередко слышу в проповедях слова: «братья и сёстры…», и меня это пусть немного, но внутренне коробит… Ведь все ясно понимают, насколько глубоко нас всех разъединяет грех и насколько в реальной жизни мы далеки друг от друга как духовно, так и по условиям жизни. Большинство из нас духовно мертвы к Богу, и я не думаю, что есть те, кто не осознаёт, что мёртв не только он, но и большинство из тех, кто живёт рядом с нами… Какие же мы братья и сестры?! Братьями и сестрами нас может сделать Дух Христа, но имеем ли мы Его в себе? Тот, кто имеет Дух Христа, — скромен, молчалив, почти ни во что не вмешивается, а если кому и помогает, то помогает просто, тихо, без суеты, без многословия. Вот и живём мы в обществе вроде бы верующих на приходах и в монастырях, где религия может быть превращена или в обряд, или в актёрство, а настоящее духовное единение мы испытываем очень и очень редко, а некоторые из нас — не испытывают его никогда.
Стоит ли удивляться, что храмы наши пусты (особенно на вечерних службах)? Да, в православных храмах есть Дух, Он действует в Таинствах, как действовал во все века истории церкви. Но лишь там Дух Божий ЯВНО станет проявлять Себя, где человек проявит готовность распять свои бесчисленные «хотелки» ради Учения и ради страданий Иисуса Христа.

Основа духовной жизни — зрение греха своего и покаяние, которое ведет к терпению всего и всех, к любви ко всем без исключения, основанной на смирении ума, то есть на осознании личной неспособности любить и правильно рассуждать. И тогда когда Сам Бог станет Рассуждающим внутри человека, в душе кающегося воцарится мир. И как только Христос возьмёт на Себя все тяготы смирившейся души, Он с лёгкостью устранит все мучительные для нее мысли и страсти. Бог — начав жить внутри того, кто не мнит о себе высоко, отнимет власть у духов тьмы, прежде жёстко смиряющих человека внутри его чувств и мыслей, и через исполнение Заповедей введёт человека в мирное состояние.
И тогда может наступить время нескончаемого Божиего чуда. Окружающий мир станет восприниматься совершенным. Мир, управляемый Совершенным Богом, увидится совсем другим и не таким каким он виделся прежде.

О ГИПНОЗЕ ГРЯЗНЫХ ИМЁН…
Думаю, что не один только я замечаю, что в настоящее время, многие из тех, кто позиционирует себя православными, подвержены приступам тяжкой духовной болезни, которую я назвал бы «Гипнозом грязных имён». Кто-то считает грязным патриарха Кирилла, кто-то покойного митрополита Антония Сурожского или ныне живущего митрополита Иллариона. Кто-то костерит Кураева и Осипова, кто-то Ткачёва или Головина из Болгар, ну и так далее. Есть и такие «православные», которые считают грязными вообще всех тех, кто принял новые документы. Болезнью грязных имён болеют иногда и священники.
В чём заключается эта болезнь?
В отсутствии любви и в гордыне.
Увидит человек цитату митрополита Антония или другого кого, цитату во всех отношениях идеальную, но болезнь грязного имени застилает ненавистью глаза души больного, он вспоминает компромат и отворачивается, с гневом — от истинного!
Как же нужно поступать правильно?
Во-первых, нужно иметь любовь, и об ошибающимся человеке МОЛИТЬСЯ нужно, а не презирать его и тех, кто слушает того или же иного богослова. Во- вторых, всегда нужно вникать в СУТЬ сказанного, а не в то, кто из «грязных» это сказал.
Я как-то выставил у себя на стене прекрасное высказывание патриарха Кирилла. И сразу же заметил, как в разы снизилось количество лайков… Болезнь грязного имени сделала своё нечистое дело. Бесценное наставление — оказалось обесценено духовно-больными людьми…
Что же остаётся делать мне, грешному?
Выставляю высказывание патриарха Кирилла повторно и молюсь Христу о спасении всех, искренне считая себя хуже всех, зная, что в числе грязных имён, многие содержат и моё имя.

Частое нахождение в интернете портит вначале молитву, а потом и душу. Молитва углубляет чувства, а интернет, даже если читать лишь одно православное, — расплёскивает силы души и ум по поверхности предметов. Молитва углубляет ум, делает его покойным, а частое чтение о духовных предметах делает душу мелкой. Часто читать полезнее всего молитвослов.

Гордость — мнимая благая самостоятельность, торжествует свои «победы» и там и тут, и душа моя, в те времена, когда Бог касается её благодатью, испытывает мистический вселенский ужас от повседневного торжества гордыни в умах и в чувствах людей. Несложно увидеть, что «торжество» гордыни пронизывает века и тысячелетия. Несложно предположить, что гордость устремлена в вечность, но сложнее понять личную гордость и что вечность ни для кого из гордых не будет доброй.
Страшно видеть, как торжество гордыни внутри меня ищет свою почву, ищет ежедневно, упрямо, настойчиво, хитро, тонко, навязчиво, тайно и явно. И как же на первый взгляд невинно, как светло выглядят «одежды помысла» гордости в моих мыслях и чувствах!
Гордость — это личное присутствие сатаны во мне, одетого в одежды Ангела Светлого.
Страшный порок!!!
Упрямый!
Настойчивый.
Неотступный.
О гордости можно написать книгу, и всё равно, всех её подробностей и тонкостей, всей её назойливости и ВЕЛИЧАЙШЕГО её разнообразия, невозможно будет описать никому. Никто не сможет в точности описать личных проявлений гордости внутри человека.
Гордость — это стройная система мыслей, в том числе и о Боге, о спасении, о Христе и прочее, и чем стройнее и правильнее мысли человека, тем в большей опасности находятся его ум и чувства.
Гордость — это убеждение в том, что ты более других истинен, более других православен, более правильно верующий и прочее.
Смирение же боится думать о себе хорошо даже и тенью помысла своего, но всех своих благах видит — Самого Господа, Его Дух и Его Силу.
Зная силу смирения, сатана создал особый вид гордыни: когда ему удаётся льстиво убедить человека в том, что с ним Бог.
Но если с твоей душой Бог — душа твоя должна находиться в нерушимом неотмирном блаженстве Святаго Духа.
Смотри же в себя, душа моя.
Если нет в тебе устойчивого мира с Богом и нет устойчивого покоя, если нет в тебе равной любви ко всем, если нет мыслей крайнего самоуничижения даже до молчания разума твоего, то расторгла ли ты, душа моя, своё единение с сатаной?
Думать же о себе самом, что ты можешь ненавидеть какой-либо грех, бежать от него, удаляться от него — это и есть верх гордыни.

Бойся, если совесть твоя говорит тебе, что ты что-то важное делаешь для спасения своего. Всё для спасения твоего сделал Господь. Какова же цена Его страданий, и что сделал для Него ты? От чего излишнего ты мог бы отказаться сейчас, сегодня и завтра? Что ты должен и можешь изменить в себе? Что мешает тебе жить строже?

Многие на личном опыте убеждаются в том, что духовная жизнь намного труднее и сложнее, чем это может показаться в первые годы религиозной практики. Есть опасность запутаться в сложностях, устать, решая, что есть что… Но пройдут годы или даже десятки лет в молитвах — и жизнь в Боге может упроститься до трех слов: «Господи, помилуй меня!» Парадокс, но совершенство приходит, когда почти все усилия души направятся лишь на то, чтобы эти три слова звучали искренне в твоих чувствах и в твоём сердце, которое большинству людей так непросто освободить от нечувствия и от хорошего мнения о себе…

ОДИН ИЗ ПАРАДОКСОВ ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ
С одной стороны, необходимо бояться внутри себя особо сильных, горячих (религиозных) чувств к Богу, к людям и даже к себе самому. С другой же стороны, попытки приблизиться к Богу в обычном своём (привычном) внутреннем состоянии благого результата не принесут, сколько бы кто таких попыток в непреображённом Благодатью состоянии ни сделал.
Бог неумолимо станет сжигать в человеке всё, что не от Него Самого рождается, и потому глубочайших внутренних потрясений, значительных и долговременных страданий при реальном (не мечтательном) приближении к Богу избежать будет невозможно. Нужно крайнее долготерпение — лишь тогда душа может измениться.
Вначале душа (ошибок не избегает никто) будет долго путать внутри себя ложное с истинным, и долгие годы будет принимать личные мечтательные религиозные миражи за истинную правду. Свои гордые фантазии и чувства будет принимать за нечто важное и даже за божественное. Но Господь не рождает фантазий в человеке. Бог не горячит гордых чувств, но нищетой духа Иисус Христос ПОЛНОСТЬЮ ПРЕКРАЩАЕТ работу (религиозной) фантазии, упраздняя этим личную падшую волю человека. Бог не даёт людям некие особые, якобы самые правильные и самые православные, представления о Себе, о мире и о ближних, но Он, Духом Святым, размягчает и растопляет сердце человека. И человек начинает, во-первых, видеть грехи свои, как глубину морскую; во-вторых, привыкает не судить ни о ком самостоятельно; в-третьих, начинает с искренними чувствами молить Бога о помощи всем и каждому; и, в-четвёртых, наконец, входит в область долговременного и устойчивого покоя. Тревоги и страх перед обстоятельствами, сколь бы последние ни были болезненными, неустойчивыми и сложными — исчезают. Появляется жажда молитвы и надежда не на себя, но на Волю Божию во всём, от мелочей до главного.
Фантазия человека, то пугающая его, то понуждающая на суетливую спешную активность, погибает от осознания всеобъемлющего Величия и Всемогущества Божия.
Вот эти четыре признака и есть, на мой взгляд, признаки правильной духовной жизни, и если у кого-то нет хотя бы одного из них, то, думаю, лучше не обольщаться в том, что ведешь правильную духовную жизнь, находясь лишь на пути к этому. Итак, вот что нужно хранить в себе самом как зеницу ока:
1 Боль о себе самом.
2 Несуждение (молчаливость ума).
3 Просьбы о помиловании всех.
4 Долговременный устойчивый покой в Боге. Покой не от личных своих качеств, но Покой, посланный по Милосердию Божию.

Текст второй части вставлю позже

ОДИННАДЦАТАЯ ЧАСТЬ ДНЕВНИКА

ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ ДНЕВНИКА

Написать письмо или оказать помощь автору