Дневник 11 часть (сокращён и исправлен 2020 г)

ПРЕДЫДУЩАЯ ЧАСТЬ ДНЕВНИКА

Не суди никого. Просто не суди, и всё.
Другие пусть живут, как хотят и как могут, а ты поищи не суд, но посильную молитву о согрешающих.

++++++++++++++++++

Если человек считает себя способным на любовь к Богу и к ближним, то это — гордость. «Без Меня не можете ничего», — сказал Господь (Ин. 15,5). Если человек считает себя способным к молитве и к истинной духовности, Господь это не примет. Так что же примет Господь? А примет Он не что, а кого — Себя в тебе, человек. Господь Сам станет, в правильном смысле этого слова, Рабом твоим, потому что сделает всё за тебя внутри тебя. Только не гордись, не считай себя способным хотя бы на какую-то добродетель. И ты увидишь, если будешь терпелив в самоуничижении и смирении, как Господь даст тебе и любовь к людям, и любовь к Отцу Небесному, и молитву за всех. Бог ВСЁ это даст тебе как Дар. Помни непрерывно слова: «Твоя от Твоих, Тебе приносяще», — и не найдёшь ты человека на земле радостнее и счастливее, чем тот, кто смирил, упразднил себя, чем тот, кто (в правильном смысле) возненавидел душу свою ради Христа и Евангелия.
.
«Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее» (Марка гл. 8,35).

++++++++++++++++++

Почему очищенные Богом не возносятся своей чистотой и считают себя хуже всех? Потому что они знают, это — не их чистота и не их высота. Бог, приходя в душу, обязательно даёт человеку свидетельство о его немощи, так что в реально близком общении с Богом душа даже и не захочет говорить слово «я», и она не сможет приписать себе ни единой капли благодати, потому что Сам Бог, приблизив кого-либо к Себе, будет хранить душу — Своим же смирением. Нужно особо помнить о словах Святого Писания: «Славы Моей иному не дам» (Ис.42:8). Близкие Богу люди знают, что способность к смирению нельзя приписывать себе самому. За льстивые мысли о том, что ты научился смирению, Бог может попустить насилие грубых страстей, таких, как пьянство, блуд, сквернословие и иное, подобное этому, и тогда уже невольно, на горьком личном опыте, сам поймёшь, что ты — абсолютное ничто.

++++++++++++++++++

Множество духовных книг святые написали лишь по той причине, что видели: большинство верующих утратили понимание сути духовной жизни. Из сознания людей время от времени уходила даже мысль о том, что только Бог может развивать в человеке правильное в должном направлении. Вне Личного Действия Святого Духа совершенствование в духовном невозможно, потому что Бог — это Истина и Путь, Начало и Конец, Альфа и Омега. Людям же свойственно искать правильное не у Бога, но внутри себя самих. А если кто-то ищет ответы у Бога, то ищет их, опираясь на свои представления о правильном. Человеку привычно оценивать всё самостоятельно, но в духовных вопросах самостоятельные оценки невероятно вредны… Нужно выработать в себе навык предоставлять только лишь Богу оценивать — себя, всех и вообще всё. Нужно ежедневным покаянием очищать и очищать свою душу от невероятно навязчивого, хитрого и упрямого религиозного высокоумия. И как от огня геенского нужно бежать от тех, кто дерзает смешивать духовное и политику…

++++++++++++++++++

Чрезмерное цитирование Писания и святых отцов вредит неопытной душе тем, что уводит её с пути самопознания. В то же время духовно опытный человек, благоговейно обратившись к Писанию или к слову святых, возвращается к покаянной молитве с болью о самом себе, чтобы высокоумием не погубить душу.
Покаянная молитва упрощает и очищает разум, она призывает Милость Бога к молящемуся и к тем, за кого он молится. А бесконечные размышления (и уж тем более разговоры) о духовном — к чему приводят они? В большинстве случаев — к одной лишь мутной и гордой пустоте внутри и глупому надмению над ближними.
Обилие размышлений о Писании стараются внушать людям падшие духи. Таким образом, они поражают человека болезнью высокоумия.
Размышления о Писании и о жизни святых отцов полезны лишь в том случае, если человек ИСПОЛНЯЕТ усвоенное на деле. Но если ум его, словно белка с ветки на ветку, играючи скачет по страницам Писания и по словам святых отцов — это не духовная жизнь, это — её подмена.
Истинная же духовная жизнь состоит из непрерывной молитвенной боли о себе самом, и если в человеке нет этой непрерывной боли, то он должен ясно понимать, что душа его идёт по скользкому пути обольщения демонами.

++++++++++++++++++

Как только из души моей уходит боль о собственном падении, и как только мысли мои о Боге (да и неважно о чём) становятся лёгкими и играющими, или когда я совсем (даже ненадолго) забываю о Боге — наступает время власти надо мной дьявола и я, к сожалению, осознаю, что большую часть своей жизни провел я под мысленной властью духов падших. Грех же внутри меня начинается ИМЕННО с утраты сокрушения духа, он начинается с той минуты, как только я утрачиваю болезненную молитву к Богу. Власть мысленного греха начинается внутри меня ИМЕННО с лёгких мысленных представлений, лишь только поначалу внешне «безобидных», в моём сознании.

++++++++++++++++++

Если молитвенно вникнуть внутри себя в простое, то может открыться необозримая глубина внутри самого, на первый взгляд, несложного, например:
1) Молитва может быть наполнена глубинным скрытым окаменением к Богу настолько объёмно внутри души, что на избавление от этого окаменения придётся потратить десятки лет труда над собой, а то и всю свою жизнь, до последнего земного вздоха.
2) За доброжелательностью может скрываться любовь к человеческой славе.
3) За искренним покаянием — тонкий яд гордого мнения о себе.
4) За ширмой нашего внешнего поведения, поверхности мыслей и чувств можно увидеть ад, а иначе и не бывает: ведь лишь ТОЛЬКО тот, кто признаёт наличие всей глубины ада внутри себя, может видеть лицо Бога.
Стоит ли забывать НАМ (современным христианам) о том, что святые видели в себе грех и непрестанно плакали о нём?
Лучше ли мы их, если не плачем о себе?
Очистить себя Благодатью и милосердием Христа очень и очень сложно. Это труд всей жизни. И чем более будешь очищать себя, тем более станешь видеть в себе немощей, тем более увидишь свою истинную принадлежность аду и любовь ко всему злому. Тем более увидишь в себе немощь избавиться от холодности к Богу и от окаменения к людям. Это так и должно быть.
.
Зрением тайного греха в себе самом человек смиряется, учится неосуждению, смирению, а по сути — правильной любви к людям, учится состраданию ко всем, кто бы как себя ни вёл.
Но это трудно: жить в двух мирах — в Боге и в мире греха одновременно, а многим, очень многим из нас хочется, чтобы раз-два — и быть чистым пред Богом, пару раз сходить на исповедь — и стать святым. Но так не бывает.
Святость — это прежде всего НЕПРЕРЫВНОЕ видение греха в себе самом, это чувствование того греха, который большинство из нас в себе не видят и не признают, потому что не хотят признать в себе любовь к аду.
Святость — это когда не ты сам, но Господь ПОПИРАЕТ внутри тебя грех, в чём-то освобождает тебя от сил греха, но попирает и освобождает именно Бог, а не ты сам.
Ему же слава во веки!

++++++++++++++++++

Если внимательно вслушаться в те чувства, которые возникают при произнесении вслух (или даже при мысленном произнесении) слова, например, «Бог», или какого другого слова, то можно открыть внутри себя удивительный мир чувств, рождающийся почти от каждого слова. Удивительные по глубине чувства соприсутствуют всему, что нам приходится осмысливать, видеть, представлять, осознавать и с чем соприкасаться. Внутри слов, что раскрылись в чувствах, невозможно найти предел переживаниям, потому что внутри каждого человека скрываются тени ангелов падших и дыхание Ангелов Святых. Познать же себя правильно, иначе как долговременной покаянной молитвой ко Иисусу Христу, невозможно.

++++++++++++++++++

ПРАВИЛА ДУХОВНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В СЕТИ
Кто как, а я вижу наибольшую духовную опасность для себя — в себе самом, но не в поведении другого человека. Как только я перестаю (с обязательной болью о своих грехах) молиться, то душа моя скоро становится такой: рассеянной, жёсткой, невнимательной к Божиему и откуда-то начинает возникать желание кого-либо осудить, над кем-либо посмеяться, вознестись, развлечься чем-либо пустым и иное неполезное.
….
То есть, основная духовная и наиболее эффективная защита моя от греха (как это показывает многолетняя практика) — это моя искренняя боль О СЕБЕ самом.
….
Когда боль о себе живёт во мне, а я постоянство покаянной боли вырабатываю в себе почти уже тридцать лет, мне становятся не страшны ни похвалы, ни оскорбления, ни соблазнительное поведение кого-либо в сети или в жизни. Пока я духовно плачу о самом себе, у меня не возникает НИ МАЛЕЙШЕГО желания кого-либо осуждать и с кем-либо спорить, разве что с самим собой, но так, чтобы об этом никто не знал.
О всех, с кем пересекаюсь, стараюсь молиться, и дух мой (если он кается) остаётся спокоен, даже в те дни, когда на меня публично нападают особо ревностные православные, обнаружившие те или иные недостатки в моих текстах или же явную ересь (по их мнению).
Но помимо молитвенного сокрушения самого себя у меня есть ещё и восьмилетний опыт активной переписки с многими людьми о вопросах веры. Опыт также весьма и весьма помогает избежать неприятных неожиданностей. Ведь в наше время, если на страничке вступившего с тобой в контакт, публикуются иконы, цитаты святых и иное идеальное с точки зрения догматов веры, это не всегда точно характеризует человека. При более тесном общении, если завяжется переписка, может выясниться немало деталей, ВРАЖДЕБНЫХ заповедям Иисуса Христа. В целом же при разговорах с людьми стараюсь придерживаться разумной дистанции, сохраняя сердечную доброжелательность и не стремлюсь искать тесного общения. Общаться регулярно, считаю, можно лишь с тем, кто искренне ищет Бога, но и в этом случае нужна сдержанность. Если мне приходится высказывать свои мысли о религии, то стараюсь это делать с обязательным акцентом, что я имею право на ошибку, и что ВСЁ правильное — знать правильно, не может никто без ТЯЖЁЛОГО ежедневного молитвенного труда над самим собой!
Всегда стараюсь избегать сложных вопросов богословия. Не критикую публично ничьих богословских ошибок. От себя ничего не пишу о мусульманах, буддистах, католиках, протестантах, о сексуальных меньшинствах, и иное. Почему не пишу? Да потому что для того, чтобы я мог со ЗНАНИЕМ вопроса высказаться о мусульманах, например, или о буддистах, я должен пожить в их среде, я должен ОСНОВАТЕЛЬНО изучить их вкусы, привычки и психологию. Но этого опыта у меня нет, и поэтому я молчу как рыба, чтобы не стать посмешищем для тех людей, кто знает данные течения изнутри. Считаю важным для духовной безопасности в сети не озвучивать те стороны жизни, с которыми в реальной жизни я мало знаком или не знаком вообще. Если возникает желание высказаться о католиках, лучше найду цитату православного святого и дам ссылку на его слова, чем полезу в малоизвестную мне область.
Заметил, что некоторые мои тексты, особенно те, в которых я касаюсь раскрытия тайн духовного мира изнутри, вызывают особо горячее сочувствие и живой интерес со стороны лиц, склонных к оккультному восприятию мира. Такие люди, обычно, мистически одарены, они остро чувствуют что, то что я иногда озвучиваю в своих произведениях о Ангелах, это чистая правда. Пишут на мою почту и в ЛС, сколь близко им то, что я описываю, и сколь они солидарны с моим мировоззрением, но это лишь на несколько дней… И чем горячее бывает первое письмо, тем откровеннее и злее будет последнее. Обвинят в отсутствии веры, в чрезмерной преданности священноначалию, в искажении истин Божиих, в недостаточной духовности, в непонимании Писания, и прочее горькое и скорое «разочарование» их во мне. Привык уже к подобным письмам и не реагирую на них никак, потому что духовно плачу как о себе самом, так и о тех, кто сначала бурно «хвалит» меня, а потом — не менее бурно, спустя несколько дней, поносит.
Жалко всех, и молитва покаяния о себе и о ближних делает мой разум печально безмолвным о поступках людей, как бы последние себя дерзко со мной ни вели.
Всё, что я хочу — быть ближе к Богу покаянной молитвой, и молиться, молиться и молиться, как за себя, так и за каждого человека, с кем приходится пересекаться в сети и в жизни.

++++++++++++++++++

Жизнь с Богом чрезвычайно интересна, насыщена, покойна и радостна, но как же бывает сложно людям отречься от гордого личного понимания веры и мира. Как бывает сложно перестроить (покаянной молитвой) свой гордый рассудок так, чтобы разум смирился и научился видеть ВСЁ терпеливым милостивым Разумом Бога, Духом Бога, но не своими догадками.
Как часто, к сожалению, приходится встречать верующих людей, думающих, кажется, правильно, говорящих, кажется, правильно, но душа чувствует, какой исходит от них непокой, чувствует, что нет в них блаженной свободы в Боге, нет того, что вносило бы в твою душу умиротворение. Нет чуда живого Богообщения и (поневоле) начинает душа понимать оправданность поведения тех святых, которые удалялись даже и друг от друга ради покаяния перед Творцом миров.
.
Современный нам мир, (увы!) — это необъятная пустыня духа…
Часть этой пустыни — я сам.
И приходится выбирать душе моей всё чаще и чаще: или моё покаяние вдали от людской молвы и разделений, или излишнее общение, пусть даже и с близкими мне людьми, но о радости блаженного покаяния мне придётся тогда забыть.

++++++++++++++++++

На личном опыте я множество раз убеждался в том, что, как только отступает благодать Христа, дарующая мне искренность веры и живость чувств к моему Создателю, так душа моя, мгновенно, минуя промежуточные переходные состояния, СРАЗУ ЖЕ утрачивает тепло к Богу, утрачивает способность молиться и вслед за утратой молитвы уходит из меня всё доброе. И это происходит со мной, по большей части, не по какой иной причине, но или за осуждение ближнего (за возношение над людьми), или за доброе мнение о себе. Таким образом — Бог воспитывает во мне дух смирения и даёт благую возможность познать на опыте {Богооставленности} действие Его Божественной Правды.
Бог столь глубоко проницает внутри всякого человека всё, что нередко человек оказывается безсилен отличить Его Действие внутри себя от своих мыслей, и это очень хорошо. Богу свойственно проявлять Себя внутри человека так, чтобы человек не ощущал Его Власти, но, одновременно, для того, чтобы душа помнила о своём полном безсилии на благое, Бог, покидая душу на время, ради воспитательной цели, таким образом напоминает, что всякое большое и малое доброе внутри человека — это не он сам, и даже не его усилия к благу, но дар Духа Божия.
.
Тот же, кто думает, что он может сам верить, что он может сам любить Бога или что он сам по себе (без Тайно Действующего в нём Бога) может делать какие-либо добрые дела, и что он может думать о полезном, тот находится в крайнем самообмане.

++++++++++++++++++

Если не вести напряжённую, ревностную, по возможности, непрестанную покаянную жизнь в Боге, то разум любого человека непременно станет стремиться крепко-накрепко заснуть к истинам святого Писания. Это будет происходить по действию сатаны внутри души, действующему внутри мыслей всякого человека НЕПРЕСТАННО!
Теплохладная душа станет глухой к предупреждениям о загробной участи в вечности именно потому, что сознательно (и тем более подсознательно) человек сам ничего не пожелает знать о том, что его будет ждать по смерти его тела и о будущем Страшном Суде… В этом трагедия и горечь Суда Божия над человеком. Человек СОЗНАТЕЛЬНО выбирает себе жизнь вдали от любящего его Бога.

++++++++++++++++++

Как избежать религиозной ревности не по разуму?
Очень просто и непросто одновременно. Нужно понять своё безумие, понять свою личную гордыню, признать своё искажённое понимание ближних, искажённое понимание себя, мира и Бога. Тогда уйдёт навык опираться на себя и на ревность не по разуму.
Всё бы хорошо, да вот только смирение ума, и уж тем более смирение сердца, не приходит к человеку скоро. Нужен многолетний покаянный труд над самим собой. Нужен долговременный опыт личных ошибок, нужно признание СВОЕЙ никчемности, а вот это-то для многих и есть самое сложное… «Я, руководствуясь святыми отцами, и ошибся?! Да не может этого быть! Это они, неверы и атеисты, все погрязли в ошибках и в грехах, а я… Я не могу ошибаться, потому что опираюсь на Божие».
Вот в чём секрет смирения сердца: смиренное сердце не видит в себе истинным ничего и никогда. Тем более, если оно цитирует святых отцов или Евангелие, то не обличит ли правдивое и смиренное сердце само себя, припоминая, сколь много сделано было неправильного внутри него самого?
Гордое же сердце видит себя правильным едва ли не всегда, и поэтому его легко увлекает за собой сатана светом «правды» падшей, рождая в разуме гордеца ревность не по разуму, и человек начинает НАСТОЙЧИВО ОТТАЛКИВАТЬ от Бога тех, кто мог бы к Богу прийти, отталкивать своим безкультурием, своей жёсткостью и непокоем.
А что такое истинная жизнь в Боге? Это прежде всего покой чувств и покой мыслей, это — умение терпеливо ждать времени, пока Господь Сам коснётся чьего-либо ума или чувств, это жизнь без спешки в духовном, жизнь с надеждой на Бога, а не с надеждой на свои (невыстраданные молитвой) знания и на начитанность святым Писанием и отцами.

++++++++++++++++++

Когда пишу о духовном, ясно осознаю, что проповедую людям непосильный образ жизни не только для них, но и для себя. Мысль об ипостасной непосильности духовного для любого из людей — это очень и очень важная и правильная мысль просто потому, что когда Бог близок, тогда всё духовное делается легко и с убедительной силой. Легко идёт молитва. Вера бывает твёрдая. Жизнь же без Христа и вне Христа видится не только безсмысленной, но даже и невозможной.
Когда же (для смирения моего) отступает от меня Господь и Бог мой Иисус Христос, тогда «богами» моими становятся мои страсти, мои немощи, моя плоть, моё высокоумие и моё личное безумие. Из этого я опытом самой жизни постигаю, сколь благ Господь и сколь ВСЕГДА неумолимо безпомощен (даже в самом примитивном и простом) лично я сам.
Но говорить о духовном (хотя духовное ипостасно посильно одному лишь Богу) всё-таки, я считаю, очень и очень нужно. Говорить о духовном нужно для того, чтобы Господь мог удобнее касаться душ тех, кто не утратил способности откликаться на действие благодати Христа, слыша о покаянии, о молитве и о другом.

++++++++++++++++++

На тридцатом году напряжённой духовной жизни понял я, насколько несовершенны были во мне ВСЕ мои мысли о духовном, а некоторые — даже безумны и лживы… А ведь они казались мне прежде такими полезными. Но теперь все более и более ценным становится для меня то время, что провожу в молитве. Молитва упрощает мой ум, и от этого он делается необыкновенно молчаливым, и открываются двери покаяния. Молитва делает душу мою всё более и более скорбной в её предстоянии перед Богом, и с годами я стал всё яснее и яснее осознавать, что не мои многосложные рассуждения о духовном, но лишь ТОЛЬКО сама МОЛИТВА делает мой дух ближе к Богу, ближе настолько, что я могу ясно видеть Его Незримый Лик внутри себя самого и могу наслаждаться зрением Его настолько явственно, что даже и тело моё начинает гореть, не сгорая в огне Благодати Божией. Но это происходит только в том случае, когда ум мой не отвлекается от памяти о Боге и когда мысли мои покаянно молчат обо всём: молчат — о Боге, молчат — о людях и о себе самом. «На кого воззрю, только на кроткого и молчаливого, и трепещущего словес Моих» (Ис.66:2)
В этом и заключается ужас моих прежних чрезмерных размышлений о путях Божиих — в том, что моя начитанность творениями отцов и Писанием создавала внутри меня иллюзию духовной жизни. И эта ЗЛАЯ и УПРЯМАЯ моя иллюзия и сейчас заставляет меня то и дело забывать о нищете духовной. Эта гордая иллюзия духовности заставляет меня не думать о безчисленных и о безконечных личных немощах, и я начинаю судить мир и людей, преступно ставя себя на место Бога и забывая о том, что не только для человека, но даже и для святых Ангелов невозможно правильное понимание чего-либо.
Истинно же благодатный и нищий духом не станет даже мысленно перебирать внутри себя цитаты из Отцов и Святого Писания, потому что кающемуся и сокрушающему себя молитвой явно будет не до заумных цитат. И вот что я заметил: только такое личное моё покаяние, которое живёт во мне как простое (даже в чём-то как бы детское) чувство, ЛИШЬ ТОЛЬКО оно дарует душе моей возможность видеть внутри себя Блаженнейший Незримый (не имеющий образа) Лик Христа. Скорбь о греховности моей может быть внутри меня постоянной, и она может быть весьма и весьма велика, но без скорби не приходит радость — и это закон.
Этот закон невозможно обойти никакому, даже самому успешному во всех иных отношениях тонкому интеллектуалу… Ведь хитрости и мысленные уловки никому не помогут взойти на Небо. К Богу восходит лишь тот, кто долготерпеливо несёт свой молитвенный покаянный Крест внутри себя до конца, (кто живёт искренним болезненным о себе покаянием) до последнего своего земного вздоха…
Так пусть же ищет душа моя до последнего земного дня всё более и более глубокое покаяние — то самое покаяние, которое делает меня слепым и глухим к грехам и греховности земного мира.
(написано к дню памяти Архангела Михаила 2018 года)

++++++++++++++++++

Если основанием радости о Господе является не печаль о бесконечной своей греховности, то это — сектантская греховная радость, основанная на пустом самообольщении.

Долговременное покаяние делает ум безмолвным. Безмолвие ума дарует способность видеть Бога. Видящий Бога перестаёт видеть всё, кроме Его блаженного безмолвия. Вот почему достигшие боговидения прячутся от людей. Им нечего сказать миру, а миру нечего сказать им.
автор текста Сергей Михайлов
….
«Плоды молитвы – не то или иное эмоциональное состояние, но глубокое изменение всего нашего существа. Цель наша – стать способными стоять перед Богом, сосредоточиваться на Его присутствии, обращая к Нему все наши нужды, и принять от Него крепость, силу для того, чтобы воля Божия исполнилась в нас. Исполнение в нас воли Божией – единственная цель молитвы, а также и критерий истинной молитвы. Не мистические чувства, которые мы можем испытывать, и не эмоциональные переживания составляют достоинство молитвы».
(Антоний, митрополит Су́рожский)

++++++++++++++++++

Думаем ли мы о том, помним ли мы, остерегаемся ли того что каждая нами принятая мысль, каждое сказанное нами слово, пусть даже не вслух, а только лишь про себя, и, тем более, каждое наше искреннее чувство будут судиться Богом на Суде Его?
.
Каждое утро ищу в себе самом должный дух молитвы. Покаянная молитва лишь на первый взгляд может восприниматься несвободой для ума, но на самом деле — это НАИБОЛЕЕ блаженнейшая свобода в Боге. Ведь чем меньше мыслей внутри ума, тем он свободнее. Почти же полное отсутствие мыслей в душе приводит к радости о Едином Господе! Настоящая молитва — это не слова, но это чувства, движимые даже и не человеком, но Духом Бога, любящего сокрушенное молчание мысли в человеке более всего иного.

++++++++++++++++++

Душа, не спящая к Богу, даже при мысленном произношении имени Господа сразу же наполняется живой силой Того, о Ком она думает, к Кому обращаются её чувства. В кратких словах: «Господь», «Создатель», «Святый Дух», «Троица» раскрывается такая необозримая глубина переживаний и близости к Тому, Кто неописуем словами, что душа ясно понимает: слова в мире Духа — ничто… Их там просто нет.
Тот, кому довелось слышать внутри себя пение Ангелов, знают, что Ангелы не пользуются словами, но силой чувств уносят душу слышащих их пением в мир иной, в мир лучший, в мир более спокойный, более мирный, много более прекрасный, чем мир земной.
Так и должна жить всякая правильно верующая в Иисуса Христа душа! Она должна быть очарована красотой Божиего мира, и красота Бога должна неумолимо затмить для неё мир земной. А иначе земной мир и земные влечения увлекут силы души к себе, в свой мрачный плен.
Блаженна душа, живо чувствующая, ежедневно видящая и любящая мир Божий более, чем мир земной. Такая душа всегда будет намного спокойнее и счастливее души любого земного богача.

++++++++++++++++++

Помним ли мы о том, что Богу не нужны наши молитвы ни о живых, ни о усопших? Милосердие Божие безгранично. Иисус Христос может помиловать весь мир и без наших слабых молитв. Но зачем же тогда мы молимся? Молимся, потому что нас учит этому церковь: «Молитесь друг за друга» (Иак. 5:16) и «Всякою молитвою и прошением молитесь во всякое время … о всех святых» (Еф 6:18), т.е. молитесь о всех христианах. Учит этому и Сам Христос: «Если пребудете во Мне, и слова Мои в вас пребудут, то, чего не пожелаете, просите, и будет вам» (Ин 15:7). Для чего же Бог дал нам заповедь о молитве друг за друга, если Он есть Сама Любовь? Бог желает нас наградить за терпение в молитвенном труде и сделать соучастниками Его Милосердия. И какое же условие ставит Бог для того, чтобы молитва человека была услышана? «Если пребудете во Мне, и слова Мои в вас пребудут, просите, и будет вам».
Слышащий да разумеет.
Если кто не в Боге и не исполняет слова Христа, услышит ли его Бог?
Начитанные православные могут возразить, что и по молитвам блудницы Бог воскресил умершего младенца, такой случай известен. Бог воскресил, Бог услышал лишь потому что знал, что блудница после этого случая станет монахиней и загладит свои грехи беспримерным покаянием. Бог дал чудотворную молитву блуднице авансом совсем не для того, чтобы мы, находясь в удалении от Бога, безумно надеялись стать святыми без напряжённого пожизненного труда над собой.

++++++++++++++++++

Личная практика духовной жизни приучила меня, что живая, искренняя, тёплая молитва к Богу может покинуть мою душу по четырём причинам.
1. Рассеянность и развлечения (то есть забвение о Боге и о пути спасения: если я позволяю себе это даже на несколько минут, не то что на полчаса или больше, — моя молитва ослабляется весьма и весьма значительно).
2. Надежда на личные добрые качества (если я приму пусть даже самую-самую тонкую и самую-самую незначительную добрую или хорошую мысль о себе самом — это отнимает настоящую молитву у меня на весьма и весьма значительные сроки.
3. Когда я забываю, что ТОЛЬКО Бог один благ и праведен.
4. Суд (и уж тем более возношение) над любым ближним — убивает внутри меня вообще всё истинное и важное для моей души.
Конечно же, большинство окружающих меня людей не требуют от себя так строго, как это вынужден делать ежеминутно я перед Богом. И я понимаю причину, по которой у людей не возникает потребности быть строже к своим мыслям и чувствам, к памяти о Боге — у большинства НЕТ живого опыта Радости жизни в мире с Иисусом Христом, но как только Радость Божией близости коснётся чьей-либо души, человек непременно постарается значительно изменить свою внутреннюю жизнь. Он не сможет не ограничивать себя ради искренней тёплой молитвы к своему Творцу, не сможет жить расслабленно; ну, а в расслабленных, в теплохладных духовно — Господь не станет жить. Христос желает, чтобы человек приходил к Нему без остатка и чтобы душа не жалела себя ради исполнения слов Евангельских… Бог желает, чтобы человек не пренебрегал живым общением с Ним ради других целей жизни.

++++++++++++++++++

Как только человек забывает о словах Святого Писания «Не дам славы Моей иному», он начинает опираться на что-либо своё внутри себя — и неумолимо падает духовно.
Можно быть в священном сане даже, можно служить литургию (и, по долгу службы, вести людей к спасению), но если в человеке таится хоть самая наималейшая тень доброго мнения о себе, то перед Иисусом Христом его душа погибает.
К сожалению, преступное забвение о личном смирении (парадокс, но смирение в человеке хотя и должно быть сугубо личным, и в тоже время оно же не может быть ни в ком личным — потому что оно вполне Дар Божий) многим не даёт видеть Свет Христа внутри себя.

Добрые мысли о себе самом БОЛЕЕ чего-либо иного заковывают душу в тяжкий плен от действия греха внутри человека. Доброе мнение о себе самом более чего-либо прочего укрепляет власть и насилие над мыслями и чувствами человека со стороны дьявола.

Жаль… очень жаль… что к памяти о том, сколь НЕИЗМЕРИМО важно каждому верующему КАЖДОЕ мгновение жизни помнить о истине Божией «Не дам славы Моей иному» (Ис. 42.8), почти никто из людей себя не приучает. Но тот, кто даже и в малом ищет ТОЛЬКО Божию славу, тот (мистически) словно теряет разум и себя для самого себя, но потом, к собственному величайшему изумлению, может найти себя внутри Бога, может найти себя хранимым Богом, может найти себя — для Его Вечной славы.
Тот же, кто видит в себе хоть тень личной правды (и уж тем более если кто считает себя имеющим духовный разум), тот останется духовно слепым до тех самых пор, пока не скажет всем хвалящим его помыслам, в каком бы виде и сколь бы часто они не приходили: «Что вы называете меня благим? Никто не благ, как только один Бог». Сравни Мф. 19.17.

++++++++++++++++++

Я не знаю, каким образом этот эффект воспроизводится, но стоит мне хоть что-либо сделать без боли о своих грехах и без внутреннего искреннего участия к тому что я делаю, как благодать Божия — буквально мгновенно — удаляется из моей души.
Стоит мне хотя бы пожелать что-либо сделать «для галочки», ответить на письмо «лишь бы отвязались поскорее» или, работая в храме, исполнить послушание «чтоб скорее закончить, пусть в ущерб качеству», как душа моя словно опускается в ад, и почти сразу же внутри меня становится холодно, неуютно, неспокойно и даже жутко.
Но если отвечаю на письма от всей души, если молюсь о любом человеке, с кем встречаюсь в интернете и в реальности, со всем старанием, какое дано мне от Бога (своих сил-то совсем ведь нет), тогда в мою душу возвращается интерес к жизни и приходит мир Божий.
Да, жить на совесть и стараться всё делать по максимуму тщательно — труднее, чем жить расхлябанно, но это лишь поначалу будет труд, а потом в душу войдёт лёгкость. Но если я начинаю гнаться за иллюзией лёгкой жизни, тогда мне становится жить много-много труднее, внутри поселяется пустота и холод, отделяющие меня от Бога.

++++++++++++++++++

Погружённость в земные дела и в земные проблемы убивает во мне мой дух, убивает живость моих молитв, убивает внутреннюю радость.
Даже если эти дела нужны и без них никак, то и в этом случае они БОЛЕЗНЕННО ослабляют действие молитвы во мне, ослабляют, потому что внимание по необходимости отвлекается от Бога.
Конечно же я слышал совет «делай дело и молись, всё совместимо», но я не настолько духовно силён, чтобы мой ум мог служить полноценно молитве при моём погружении во что-либо земное. Приходится нередко выбирать между земными удобствами и молитвой — в пользу второго, в пользу покаяния и сокрушения духа.

++++++++++++++++++

Необходимо помнить О ДУХОВНОЙ ОПАСНОСТИ УПРОЩЕНИЯ пути спасения, пусть даже упрощения внешне выглядят вполне согласно с Евангелием и учением святых Отцов. Хочет этого вставший на путь спасения человек или же нет, но Бог потребует от кающегося напряжения всех свойств его характера и великого долготерпения. Бог будет испытывать, ежедневно напружинивать в нём всё: ум, чувства, интеллект, память, догадливость, совесть, молитву, тело, разум, отношения, зависимости, страсти явные и тайные и иное. Путь спасения (вернее сказать, Сам Господь) потребует от любого человека ежедневного и пожизненного напряжённого, кропотливого труда над самим собой, а не просто «неосуждение — без труда спасение» или что-либо ещё иное, что исполнить может казаться проще и легче, но по сути лишь грубо вырванное из духовного наследия Отцов. По-сектантски рассуждающим православным нравится сокращать, упрощать и разделять понимание Евангелия и Отцов на то, что им нравится и что лично ими принимается, и на то, что, по их мнению, «лишнее». Но подобное упрощение не открывает двери спасения, а наоборот — крепко накрепко закрывает их.
Царство Небесное, Сам Бог — более чем дорогостоящий Дар человеку! Именно поэтому просто так, легко и играючи, Бог не подаёт спасение никому. Но всем нам нужно всё ЯСНЕЕ и ОТЧЁТЛИВЕЕ осознавать не только сложность, но и трудность предстоящего пути спасения и не забывать того, почему величайшие из святых Божиих плакали о грехах своих и боялись осуждения, хотя и имели такие дары Духа, которые в наше время вряд ли кто имеет…
Мы, современные верующие, святее ли древних великих святых, если уже и не плачем о себе, и не боимся праведного осуждения по смерти?! Ответ очевиден, но всё же как соблазнительно это лживо-радостное адское обольщение — «я чувствую себя идущим по пути правды», и по этой льстивой причине избегать ежемгновенного пожизненного сокрушения духа в навыке, которое требует ЛИЧНОГО покаяния до последнего своего земного вздоха, как этому учили святые. Необходимо уметь ежедневно и напряжённо всматриваться в себя: а не возникло ли внутри желания лицемерно чувствовать себя уже спасённым и достаточно очищенным Божией Благодатью, как это принято у протестантов?

++++++++++++++++++

Иногда задумываюсь: как человек может отделить внутри себя истинное от ложного? И насколько же глубока в нем гордыня, если он с лёгкостью может то гордо каяться, то гордо думать о Боге, то гордо молиться, то гордо размышлять о Нём, то гордо «смиряться», то гордо славить Его и вообще вести в целом гордую (т. е. с непоколебимо высоким мнением о себе) «духовную» жизнь?
И нахожу правильным (для себя лично, никому ничего не навязывая и не проповедуя) наблюдение, что истинно БОЖИЕ рождается только в скорбном молитвенном молчании моего духа. Истинно БОЖИЕ входит в мой дух и дарует мне покой и милость лишь только тогда, когда душа моя в навыке входит в состояние почти полного самоотречения.
Только так и может произойти живая встреча с Богом внутри себя — когда считаешь себя за ничто, за ноль, за грязь, за грех, худший всякой грязи и всякого греха, когда искренне считаешь себя самого худшим демонов. Путь приближения к Богу на основе самоуничижения и ви́дения себя худшим из всех в наше время непопулярен. О нём не говорят, подобное не обсуждается в интернете. По пути самоотречения и самоуничижения в наше время рискуют идти немногие одиночки. Большинству этот путь незнаком. Они даже не знают, почему человеку столь важно почитать себя никем и ничем, не знают, к сколь великому покою и блаженству души́ приводит правильно в навыке практикуемая духовная нищета, заповеданная Иисусом Христом во главе Его Блаженств.

++++++++++++++++++

Что делает любовь, когда слышит о чьём-либо грехе?
Она страдает за сделанный грех… И неважно, какой был грех и кем он был сделан. Любовь возьмёт на себя груз молитвенной скорби за сделанное зло, потому что скорбеть о согрешившем естественно для любви.
.
Что делает смирение, когда слышит о чьём-либо грехе, если оно выстрадано и вымолено у Бога? Оно боится упасть ниже любого из грешников, как бы последний низко ни пал. Смирению известна БЕЗГРАНИЧНОСТЬ немощи всякого человека, и поэтому-то оно с болью будет молиться Богу за себя и за всех, кто нарушает заповеди Евангелия; и это — естественно для смирения. Но для большинства наших современников считать себя ниже любого из ближних своих (так поступали православные святые в древние времена) — крайне неестественно. Это неестественно, потому что этому почти никто никого не учит…
.
Неприятно осознавать, но гипноз «богословия осуждения и возношения», словно рак, распространяемый через слова большинства авторитетных современных нам проповедников православной веры, овладевает умами всё большего и большего числа верующих, скрывая, сколь это неестественно для смирения и для христианской любви. Есть широко известные проповедники, проповеди которых ТОЛЬКО лишь на осуждении и возношении основаны, и не видно признаков, что кто-то хотел бы это исправить… А причина популярности «богословия осуждения и возношения» проста: ведь духовный труд над собой для того, чтобы возмутиться чьим-либо безумным или же греховным поступком, не требуется никакой. Но сколько же лет нужно проливать горькие слёзы перед Богом о собственной душе, чтобы она научилась искренне страдать за грех ближнего своего? И много ли(?) нужно мудрости, чтобы понять, что без напряжённого ежедневного, молитвенного, нелёгкого труда над собой (над собой, а не над другими) невозможно реально приблизиться к Богу?

++++++++++++++++++

В молитве, в отношениях, в мыслях главное — развитое сердце. Ведь не слова уходят к Богу, действуя на судьбы людей, но чувства внутри. Молитвы о живых и усопших становятся бессмысленными, глупыми, соблазнительными и неполезными, если не плачет искренне твоё сердце о том, о ком просишь Бога. Но коварнее лицемерного сердца (когда у человека на устах одно, а в чувствах другое) такое состояние, когда кто-то не осознаёт, по гордыне своей, сколь МНОГО он должен прежде поболеть душой за себя самого; когда кто-то не признаёт ЛИЧНОЙ необъятной греховности перед Господом. Молитвы некающегося — ничто. Некающийся, даже если проведёт в молитвах десятки лет, не получит для себя пользы, но лишь увеличит свою гордость. И другим проку от его молитв также не будет, потому что «гордым противится Бог» (Иак. 4, 6).

++++++++++++++++++

ГЛАЗА АНГЕЛА
Стоит один раз их увидеть — и воспоминание о них изменит жизнь. Глаза Ангела, если это не прелесть, не отойдут от души твоей уже никогда, но останутся в памяти как доказательство присутствия Небесной Жизни. Небесная жизнь для большинства современных людей — как яд, как огонь геенны, как безумие.
А потом глаза Ангела будут опять и опять приходить к тебе, ты будешь смотреть в их глубину и плакать. Плакать о себе и о своей греховности, потому что не сможешь не плакать.
Для людей, не знающих опыта уединения, это может видеться странным и даже восприниматься как психическое расстройство, но невозможно не плакать тому, кто смотрит в глаза Ангела Божия, невозможно не раскаиваться во грехах знающему, что только покаяние открывает дверь душе и телу для законного входа в Царствие Иисуса Христа.
.
Так устроено современное нам верующее общество: если хочешь услышать обвинение в обольщении, скажи кому-либо, что видишь Ангела, и не важно, располагает этот человек твою душу к откровению или нет. Не важно также, что обвиняющий тебя сам не может каяться непрестанно, да и не находит нужным, главное — обвинить и почувствовать себя «истинно православным». А что такое истинное православие? Кто из нас это знает в наше время? Да и возможно ли истинное православие без непрестанного плача о себе самом?
.
Задаю в уме эти вопросы, не рискуя отвечать на них даже самому себе. Не отвечаю же, потому что истинные ответы на них можно найти не у людей и не в собственном разуме, но в глазах того Ангела Господня, глядя в которые, понимаешь: они говорят мне о моих грехах, говорят мне о пользе молчания уст моих, о пользе покаянного молчания ума моего, говорят о сокрушении духа моего, говорят — событиями жизни моей. И ещё они непрерывно говорят мне о Милосердии Божием к кающимся. Говорят не словами, но тем Блаженством, которое Господь готов дать каждому за его стремление к покаянию. Уверен, лишь кающийся может видеть Правду Божию в этом мире. Некающийся же не может зреть правильно ничего.
Некающийся видит благим самого себя, и потому в нём всё лживо, ведь поводырь разума его — не Ангел Господень и не Бог, но дьявол и присущая тому гордость.

Лишенный счастья в Небо улететь,
Окованный цепями суеты,
Как птица, крепко пойманная в сеть,
Гляжу в свои разбитые мечты.
.
Мне каждый день — шипами на чело.
Мне каждый день — ударами бича.
Мне каждый день — борьба с входящим злом.
Когда ж дождусь я этому конца?
.
Душа в грехе бывает твёрже стали.
Из плена мира я в безмолвие уйду.
Молчаньем разума убью свои печали,
В молитве к Богу тишину найду.
.
Рука возьмёт небесные аккорды,
Беззвучно струн в мире ином касаясь.
Слова умрут в живом безмолвье Бога.
Войду в Покой, назад не обращаясь…
.
Пройду туда, где места нет печалям,
Прохладу крыльев Ангельских услышав.
Убью мечты в местах, где нет мечтаний,
Словами Божью Милость не нарушив.

++++++++++++++++++

ИГУМЕН НИКОН ( Воробьёв)
Духовный мир постигается духовным деланием, а не разговорами или чтением только. В Евангелии раскрыты все тайны души человеческой, указан путь в Царствие Божие, указаны награды и наказания, раскрыты многие тайны загробной жизни, но постигаются они не чтением и даже не молитвой, а исполнением заповедей. А недостаток делания, всякие нарушения заповедей – восполняются покаянием, исповедью, причащением Святых Тайн. А мы празднословим много и ничего не делаем.

++++++++++++++++++

Плач духовный — не значит тупое, унылое, постное выражение лица и навязчивые мысли о том, как грешен этот мир пред Богом. Нет, плач духовный — иное: это действие Благодати Божией, дающее чувствам — радость, уму — НЕРУШИМЫЙ покой, лицу — мирность, отношению с людьми — простоту и лёгкость. Плач духовный прекрасно совмещается с весёлостью и юмором, если человек склонен к этим проявлениям от природы. Плач духовный, будучи даром Божиим, делает человека неспособным к обвинению тех, кто живёт иначе или же не по Богу. Плач Божий — и только он один — учит человека Любви, Прощению и молитве за всех, кто бы как себя ни вёл. Плач духовный вводит чувства и мысли человека в Мир Божий, в тесное единение со Святыми, с Ангелами Божиими и с Самим Богом. Плач духовный — высшее счастье для всякого человека, достигшего полной меры его, потому что рождает его человек не сам в себе (по методу аутотренинга, оккультизма или же йоги), но Господь дарует ему духовный плач как особую Свою Любовь и Милость.

++++++++++++++++++

Когда отказываюсь осуждать патриарха, епископов или священство, меня осуждают, а иногда открыто проклинают те, кто призывает меня к осуждению. Я же лишь делаю сердечное усилие, чтобы считать себя ниже всех. Каждый сам выбирает свой путь! Кто-то борется «за чистоту» РПЦ, а я — за смирение собственных ума и сердца.
.
Мелкие победы — это когда ты убедишь кого-либо в истинности того или иного аспекта православной веры и иное. Крупная же победа — это победа над самим собой. К мелким стремятся многие, к крупной же мало кто склонен примериваться, потому что на неё может не хватить усилий даже и всей своей жизни, но, как тут ни рассчитывай, а победа над собой — по Милосердию Христа спасает тысячи душ вокруг праведника. Мелкие же победы… иногда думаю, а не поражения ли они?
.
Есть сорт людей, способных говорить только о чужих грехах и почти ни о чём более. Таких искренне жаль, но от них нужно держаться подальше. Молиться о них можно и нужно, но от общения с таковыми необходимо удаляться.

++++++++++++++++++

Когда я стал посещать храм, то меня очаровала не служба, не люди в храме и даже не учение Христа. Меня очаровала тишина, та самая тишина Бога, слышать которую я мог ТОЛЬКО в православном храме и более нигде. Когда позволяло здоровье, я ежедневно читал шестопсалмие на всенощной, а душой не столько слушал слова псалмов, сколько внимал той особой храмовой тишине, которая и сегодня касается моих чувств точно так же, как касалась 27 лет назад. И ничего за эти годы не изменилось. Тишина в храме осталась прежней, разве что стал слышать её яснее.
Очень люблю находиться в храме, когда там нет людей. В эти часы тишина усиливает своё присутствие, и кажется, что истинное — это не то земное, что я вижу. Это не окна, не росписи, не купол, не иконы и не стены, но что настоящий храм — это та самая тишина что присутствует в пространстве, настоящий храм — тишина в Боге и тишина Бога.
Тишина Бога не отрицает учения Христа. Она ничего не отрицает, она просто зовёт меня к себе. Она не любит споров, не любит суеты и не стремится властвовать ни над кем. И мгновенно удаляется от меня, если вступаю в мысленные разговоры, даже не важно с кем, с чем и по какому поводу. Тишина так поступает со мной потому, что не терпит НИЧЕГО, кроме себя самой, хотя не борется ни с кем и ни с чем. Она побеждает всех и вся без борьбы… Она любит всех, но не принимает внутрь себя никого из тех, кто пытается войти в неё со своим земным непокоем и с личными планами угождения Богу. Эта тишина умиротворяет и дарит мне Жизнь.
Хочешь ли, душа моя, обрести внутренний мир с Богом?
Оставь всех и вся.
Никому ничего не пытайся объяснить или же доказать. Оставь всех во власти тишины, и она победит каждого — победит, ни с кем не сражаясь.
Мы можем думать, что Христос ждёт от нас громких подвигов или удивительных слов, ждёт от нас чудес святости или что иное… Но нет. Бог более всего хочет, чтобы мы сумели услышать Его Покой, Он ждёт, чтобы мы нашли способ войти внутрь Его Покоя и освоить жизнь в нём, но для этого нужно оставить этот мир, нужно отринуть почти все земные желания и прийти в православный храм или зайти во двор храма и постоять, прислушаться к тому, что ТАМ, чтобы тишина очистила душу от излишнего.
Как это просто… и одновременно как непросто для многих! Как просто и как непросто прийти и услышать не свои мысли о Боге, но почувствовать сердцем Жизнь Бога в храмовой тишине Его. А потом как-то постараться суметь эту тишину не расплескать в будничном бытии.

++++++++++++++++++

Не знаю, многие ли ясно понимают это, но отсутствие сокрушения духа в человеке — мать большинства в нём грехов.
Человек, сокрушённый духом, станет ли осуждать кого? Станет ли спорить с кем (пусть даже и о вере)? Станет ли блудить? раздражаться? возноситься своими качествами и талантами? актёрствовать перед людьми? эксплуатировать кого? обманывать? гордо проповедовать о Боге? Будет ли человек, сокрушённый духом и искренне плачущий о грехах своих, кого-либо ненавидеть?! Ответы напрашиваются сами собой… Но где, кроме как у святых Отцов Церкви и в Евангелии, мы найдём проповедь о крайней необходимости сокрушения своего духа, проповедь о невозношении, где найдём призыв к непрестанному осознанию того, что грешник — это прежде всего ты сам? В миру — нигде.

++++++++++++++++++

До некоторых простых, но важных мыслей душа моя росла по тридцать и более лет трудных молитвенных размышлений.
Живёшь-живёшь, и вдруг в душу входит Свет — и ты понимаешь правильное, а потом Свет уходит — и ты опять понимаешь правильное…
Правильное — это помнить и знать, что никто не благ, кроме Единого Бога. Так душа опытом постигает, что, с одной стороны, славы Своей Бог никому не даст (как это и сказано в Писании), с другой же стороны, Он в каждого человека вкладывает от Себя что-либо доброе. Но где точная граница между Божиим и человеческим — этого не знают даже те святые, внутри которых явным для них образом проявляет Себя Господь.
Правильное часто оставляет человека наедине с его немощью и неразумием не без цели. Необходимо, чтобы человек приобрёл навык не искать опору в себе самом, в своём уме, в своих мудрых глубоких размышлениях и силах, но чтобы научилась душа опираться не на своё что-либо, но на Единого Господа.
Смирение — это когда человек на опыте знает, что не он сам, но Бог — Единственный [никем и ничем незаменимый] Источник всякого и любого блага земного и небесного, что Христос это единое благо внутри всякого человека, и что все блага во внешнем мире — также от Него.

++++++++++++++++++

БОРЬБА МЕЖДУ МИРАМИ ЛЮДЕЙ И МИРОМ ПОКАЯННОЙ МОЛИТВЫ
Живущий в миру и искренне верующий Евангелию вынуждается ежедневными обстоятельствами болезненно разрывать свою душу между миром и Богом; Болезненно — потому что он знает, что Иисус Христос в основание всякого блага и во главу всего Закона поставил ПРЕДЕЛЬНО простое и ПРЕДЕЛЬНО ясное условие: «возлюби Бога ВСЕМ сердцем и ВСЕМ разумом твоим» (Мф. 22:37). Мир же призывает человека соблюдать необъятное множество условий, ненужных для Вечности. И у большинства верующих жизненные обстоятельства складываются так, что желает кто этого или же нет, но он ежедневно, а порой и ежечасно, вынужден выбирать между молитвенными усилиями к Богу (требующему разумного максимализма от каждого из людей) и всем прочим остальным, далеко не всегда действительно жизненно необходимым и важным.
К сожалению, большинство верующих, осознавая и предчувствуя невероятную сложность и тяжесть разрыва между требованиями мира и требованиями Бога, сходят с узкого пути молитвы на путь широкий. По возможности непрерывное углубление в молитвенное покаянное упрощение своего ума заменяется путём «веры» упрощённой и потому лёгкой и не обязывающей почти ни к чему. Душа начинает питаться «верой», не обязывающей её к напряжённому (по возможности непрестанному, покаянному) молитвенному труду над самим собой. Непрерывное покаяние признаётся ненормальным и невозможным к исполнению. Непрерывное покаяние отвергается, не ищется и как следствие — душа засыпает крепким-крепким духовным сном. ИА потом, теплохладный постарается не упустить возможности обвинить того, кто ищет непрестанное покаяние, в религиозном безумии и в духовной прелести.
Почему так происходит?
Потому, что человек отвергает максимализм Бога и недопонимает, что:
*** непостоянных к Нему — Бог к Себе не приближает ***
Узкий путь к Богу «немногие находят», по слову Христа. Теплохладное состояние перед Богом незаметно для многих может привести их к богослужебной рефлексии, которая усыпляет совесть человека тем удобнее, что сохраняется видимость благочестия и веры, но духовная суть внешней правильности и праведности может незримо УБИВАТЬСЯ маловерием к словам Христа: «возлюби Бога ВСЕМ сердцем и ВСЕМ разумом твоим» (Мф. 22:37). Теплохладность оправдывают словами: «я не монах и потому не обязан молиться непрестанно».
Бог же не призывает никого к Себе насильно…
.
Что же получает оставивший узкий путь молитвы?
Он получает — отсутствие блаженной награды на Небе и на земле.
Он получает в наследие себе — свою собственную мёртвую душу…
Он получает то, к чему подсознательно стремится. А стремится он ЕЖЕДНЕВНО к тому, чтобы удалить себя от Христа, расплёскиваясь по широте этого мира, растекаясь по мелководью ежедневной суеты, по предметам рассуждений бесконечных и иногда, по-видимому, духовных.
Отказаться от бесчисленных играний своего разума ради примитивного (и потому неизменно болезненного) повторения внутри себя избранных покаянных молитв тяжело человеку. Тяжело человеку ежедневно отказывать себе в развлечениях. Тяжело ежечасно упрощать свой ум до детского лепета перед Богом. Тяжело, перестав опираться на логику, начать опираться во всём внутри себя на молитву покаяния. Тяжело вместить необходимость (и абсолютную НЕИЗБЕЖНОСТЬ) внутреннего ПОЛНОГО мысленного смирения перед Тем, перед Кем молчат святые Ангелы.
Молчание Бога становится камнем преткновения для большинства людей, привыкших непрестанно вращать внутри себя всё, что угодно, какие угодно рассуждения, пусть даже иногда и о Боге, но только бы ум их не питался словами молитв.
.
Что же получает тот, кто обучен держать свой ум непрестанно перед Богом? Что получает тот, кто каждую свободную минуту старается вкладывать в повторение молитв? Что получает тот, кто не боится УПРОЩАТЬ свой разум (по возможности непрерывным) покаянием?
Он входит — в мир рассуждений без слов.
Сердце его — обучается молитвенной заботе о многих.
Отношение к миру — утратив сложность, становится до предела простым.
Душа — обучается терпению скорбей, которые есть у каждого человека. Она укрепляется в осознании, что успех в духовной жизни почти на все 100% зависит от терпения и от умения ждать того часа и дня, когда Бог Сам войдёт в неё и когда Он Сам Упорядочит внутри человека всё. После чего шелуха мыслей и слов умрёт внутри у того, кто вошёл в Свет Божий, и в нём оживёт иная Жизнь, Жизнь Духа без слов, умеющая: молиться, любить, прощать, надеяться, — не собой, не своими (всегда неизменно слабыми) силами души, но Духом Бога, что Уничтожает Собой почти все до единой «умные» мысли в человеке.
.
Дух Бога не любит слов… Вот это-то и является одним из основных препятствий между душами тех, кто привык к мысленному непокою настолько сильно, что сделались неспособными прожить внутри себя без мысленных «мыльных пузырей» почти ни единого мгновения своей жизни. А ведь, если вдуматься, это несложно увидеть… В повседневности своей многие из святых были (смиренно) молчаливы умом. Любовь Бога к мысленному молчанию человека, на мой взгляд, является одним из наиболее часто встречающихся препятствий для большинства людей, не обученных правильной покаянной молитве… Людям трудно принять, что ТОЛЬКО лишь внутри мысленного безмолвия (читай «внутри нищеты духовной») возможным становится для человека практически войти в Энергии Божии и что иного пути приближения к Богу— (вне нищеты духовной) нет ни у кого.

Неспешность мысли — как блаженна ты!
И как блаженна в одиночестве молитва:
Безмолвная, как нежные цветы,
И тихая, как поле после битвы.


«Прелесть и действие сатаны всегда находятся в сердце. Сатана никогда не желает, чтобы об этом узнал человек, дабы не искал непрестанной молитвы и не изгнал его оттуда. А благодать, которую мы получили в крещении, скрывается во внутренних частях ума и открывается спасающимся через подвиг трезвения и молитвы».
Свт. Григорий Палама. О внимании и чистоте сердца. Глава 3.

++++++++++++++++++

Бога нужно искать вне человеческого разномыслия по религиозным вопросам, Бога нужно искать лично, а когда кто излишне погружается в религиозные споры и разногласия — он непременно Бога потеряет. Потеряет, потому что Бог входит лишь в того, кто не считает себя умным, Бог входит в тех, кто искренне признаёт себя духовно немощным, неправильным и слабым. А неумный и слабый станет ли с кем-то спорить?

++++++++++++++++++

Обычный ход мыслей… Бойся, душа моя, обычного хода мыслей, особенно вечерами и ночами. «Обычному» ходу мыслей свойственно не оставлять от покаянной молитвы камня на камне. Если вглядеться внутрь себя, то у обычного хода мыслей можно заметить весьма и весьма необычное ежедневное непрестанное упрямство. Это упрямство не желает зависеть от воли человека, и оно лишает душу возможности, не отвлекаясь ни на что постороннее, свободно обращать свои чувства к Богу. Но если внимательнее читать Иисусову молитву и привыкнуть к жизни с нею, тогда с годами в душе почти не останется мыслей — ни обычных, ни тех, что необычны — мыслей почти никаких не останется, но будет живая надежда на Всемогущего Бога. И чем внимательнее мы будем читать свои молитвы, тем всё меньше и меньше станет возникать в разуме пёстрых красочных мыслей и станет тихо внутри как в Раю, потому что наступит время нищеты духовной. А потом «обычный» ход мыслей может совсем исчезнуть от присутствия Лика Божия, который ты незримо увидишь, вернее, почувствуешь внутри себя, и душа твоя может войти в Божественное молитвенное безмолвие мыслей, которое есть блаженнейший Рай для праведных, но истинный ад для грешников.

++++++++++++++++++

Душа моя… не знаю, от чего претерпела ты больше боли?
От слов и чувств ближних ли?
От падшей своей природы?
От желания найти полноту истины или от невозможности её найти?
От бесов ли?
Или от попущений Бога, перенести которые — нелегко?
Мерно покачивается за плечами груз. Лесная тропа неспешно отмеряет в безвременье время. Всматриваюсь в своё прошлое и отчётливо вижу, что более всего боли принесла мне моя фантазия.
Не фантазиями ли ожидал я земные блага, и не нашёл их?
Не в фантазиях ли мечтал наслаждаться земным и Небесным будущим, но ничто из задуманного мной не сбылось?
Не фантазии ли мои о ближних и о всём, что меня окружает, вводили меня в ненужное противостояние с людьми и с самим собой?
Не фантазии ли мои о различных бедах пугали меня, но беды так и не пришли?..
Наконец, духовный отец мой научил меня не верить всему, что возникает в моём воображении. Когда же я научился не доверять себе, душа моя обрела покой от образов, от мыслей и даже от слов.
Лишь полнота безмолвия ума не обманывает человека, в остальном же всём с лёгкостью прячет свои сети сатана. Впрочем… в безмолвии сатана тоже умеет скрыть великую гордыню, но духовный отец учил меня, что безмолвие без непрестанной болезненной и покаянной молитвы именем Иисуса Христа неспасительно…
Для того и нужно безмолвие ума — чтобы в тиши безмолвия мысли душа моя могла с всё большим и большим вниманием повторять бесценное имя Спасителя мира. Повторять без гордых мечтаний о близости к Нему. Повторять без обольщения, что якобы умею любить Бога. Повторять — не желая в своём сознании видеть ничего, кроме того, как отзывается душа моя на имена Бога.
Скольких неполезных споров избежал я, оставляя без ответа ложные обвинения от ближних моих! Молчанием удавалось уклоняться от ненужных мыслей.
Сколько гордых мечтаний поразил я невниманием ко всему тому, что рождает мой падший разум!
Безразмерная ложная и гордая «божественная» «мудрость» ежемгновенно готова войти внутрь меня и завладеть моей фантазией, обольщённой сатаною, но Безмолвием Своим Бог убивает внутри меня всё моё гордое — не вступая с высокомерными помышлениями моими в борьбу…
Богу ли Всемогущему вступать внутри души моей в борьбу с дьяволом?
Бог ли Всемогущий пожелает знать то, что я вижу в своём сознании благим?
Нет.
В безмолвии Своём внутри сознания моего Бог разливает Милость Свою — сжигая внутри меня способность словесно мыслить.
****

Дай, Боже, мне — безмолвною душой
Встречать происходящее без слов.
Терпением и верою сохрани
Многострадальный мой молитвенный покров.
.
От гордых слов, Господь мой, — сбереги.
Не слышать бы мне гордые мечты…
Все мысли гордых, Господи, — сожги
В молчании смиренной чистоты.
.
В покое сло́ва и в покое чувств
Мне даруй, Боже, умереть для всех.
Безмолвие — искусство из искусств…
Молчанье — смерть искусственных утех.
.
Я тайной Бога — душу сохраню,
Молчанием покрыв слова молитвы.
В Покой Божественный — безмолвием войду…
С венком цветов сожженных в поле битвы.

ДВЕНАДЦАТАЯ ЧАСТЬ ДНЕВНИКА

ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ ДНЕВНИКА

Написать письмо или оказать помощь автору